?
Четвертый Сталин
60-летие со дня смерти этого исторического деятеля миллионы людей в России отметили водкой и слезами. Почему?
Общий ответ прост и очевиден: да потому что Россия до сих пор говорит на языке Сталина, мыслит в его политических категориях. Простонародная, низовая Россия — еще большая сталинистка, чем ее несостоятельная морально, хотя и более чем состоятельная материально верхушка. Но на языке Сталина говорит и образованная часть общества, и значительная часть тех, кто называет себя «протестным движением», «рассерженными горожанами», «оппозицией».
Почему же язык Сталина, речевой габитус этого человека, его, если воспользоваться популярной в России и отдающей эзотерикой лингвистической теорией, «языковая личность» так вирулентны? Что заставляет сегодняшних 20–30-летних людей не просто считать себя сталинистами, но и быть ими — по-настоящему, со всеми последствиями?