?
Принцип признания чужой одушевленности в гуманитарном знании XX — начала XXI в.: границы применимости
Исходная точка рассуждений: принцип признания чужой одушевленности – системообразующий в теории познания русской версии неокантианства; разработан основоположником философского направления А.И. Введенским и последовательно реализован А.С. Лаппо-Данилевским в методологии источниковедения при интерпретации исторического источника. Но сформулированный Лаппо-Данилевским идеал интерпретации – понять исторический источник так, как понимал его автор, – вызывает обоснованные сомнения с точки зрения науки XX в. В статье показано, что по мере развития источниковедения – как наиболее продуктивной для исторического познания составляющей русской версии неокантианства – в направлении неоклассической модели науки «признание чужой одушевленности», с одной стороны, получало свои ограничители, но, с другой стороны, – органично вписывалось в историческое знание XX в. Выделены два поворотных момента: (1) трансформация объекта источниковедения от исторического источника, понимаемого как «реализованный продукт человеческой психики…» (Лаппо-Данилевский), к системе видов исторических источников как проекции культуры, (2) смещение исторического познания от гуманитарного к социальному, повлекшее переосмысление действующего лица исторического процесса от субъекта, – для понимания которого и применялся, по преимуществу, принцип «признания чужой одушевленности» – к актору, понимание действий которого требует иные механизмы интерпретации. Показано, что вид исторических источников как основная классификационная единица выполняет функцию, аналогичную функции социальных структур в историческом познании, – задает «рамку», ограничивающую реализацию принципа признания чужой одушевленности строго эксплицированным контекстом культуры; разработка в российской историографии видовой структуры корпуса исторических источников как проекции культуры в 1950-1970-е гг. находится в тренде мировой исторической науки, основным направлением которой в XX веке был переход от линейной модели историописания к экспликации структур (вариант Школы «Анналов» и особенно немецкая структурная история В. Конце).