?
Anaphoric uses of demonstratives in Kina Rutul and Mehweb Dargwa
В данной статье представлено первое систематическое сравнение анафорических
употреблений демонстративов (указательных местоимений) в двух нахско-дагестанских
языках — кининском рутульском (лезгинский) и мегебском даргинском (даргинский). В
обоих языках отсутствуют местоимения третьего лица, и демонстративы используются
анафорически как в местоименной, так и в приименной позициях. Данные тринадцати
кининских и девяти мегебский историй о грушах показывают, что дефолтный
демонстратив (с точки зрения частотности) различается в этих двух языках: ближний
демонстратив доминирует в кининском, дальний — в мегебском. Демонстративы в
текстах различаются с точки зрения дискурсивной значимости референта и количества
его предыдущих упоминаний, а именно используется ли демонстратив для второго или
для последующего упоминания референта в тексте [Kibrik 2011: 363]. В обоих языках
ближний демонстратив чаще реферирует к более значимым референтам, чем средний и
дальний. Опираясь на теорию доступности Ариэль [Ariel 1990], в работе проверяется,
различаются ли демонстративы с точки зрения анафорической дистанции [Givón 1983] и
доступности референта иконично в соответствии с их экзофорической семантикой. В
обоих языках дальний демонстратив в приименных употреблениях, часто используемый
для реактивации референта [Kibrik 2011: 413], в среднем встречается на большей
анафорической дистанции, чем другие демонстративы, что поддерживает гипотезу об
иконичной связи между его экзофорическим значением и анафорической дистанцией.
Напротив, местоименные употребления не демонстрируют такой корреляции. В обоих
языках, средний демонстратив, как в приименных, так и в местоименных употреблениях,
в среднем показывает сходные или даже меньшие значения анафорической дистанции,
чем ближний демонстратив, что говорит против предполагаемой иконичной связи
между его экзофорическими и анафорическими употреблениями.