?
Китай и мир в свете китайской эпистемологии
В статье анализируются основы традиционной китайской методологии познания и ее последствия для истории и внешней политики Китая. Как указывает автор, исходным пунктом китайской теории знания был динамизм самой жизни, «текущий момент» с сопутствующей ему потенциально бесконечно сложной ситуацией, в которой вещи соскальзывают в нюансы и охватывают друг друга, создавая множество разъединяющих синтезов. Логика этого процесса основывалась на принципах всеобщего подобия, совпадения единого и единичного и следования как возвращения к началу в потоке превращений. В основе культуры лежит акт типизации опыта как достижения предела и полноты существования, сочетающего возвышенный пафос сублимации и ироническое самоограничение. Мудрость есть знание «утонченной» или «чудесной» истины вещей, снимающей все оппозиции. Китайская система знания игнорирует интеллектуальные, материальные и эстетические свойства вещей, различия между внешним и внутренним, воображением и действительностью и оперирует металогическими соответствиями вещей. В мире самодостаточных типовых форм целостность знания удерживается посредством мгновенного изменения познавательного статуса вещей, то есть, по сути, подчинения бытия игре, миниатюризации мира, превращающей вещи и весь мир в тайник самого себя. В заключительной части статьи рассматриваются коллизии, вызванные столкновением западной и китайской систем познания, перспективы «мягкой силы» Китая на Западе, а также существующие вариации китайской познавательной матрицы способные влиять на судьбы мировой политики в будущем. Автор выделяет в восточноазиатском регионе имперский/континентальный и периферийный/локальный типы цивилизации, рарификацию исторических образов Китая в культуре маргинальных территорий и китайской диаспоры, создающей глобальные бренды китайского мира, а также концепцию «новой Азии» как содружества национальных культур. На примере новейших тенденций в культуре Тайваня автор указывает на зарождение нового вида рефлексии о Китае, которую можно назвать концепцией Посткитая. Ее главная особенность – возвращение к первичным, предшествующим традиции установкам познания, дающее свободу творчества в культуре.