?
Центрированность: сердцевина китайской традиции
Понятие середины или центра играло первостепенную роль во всех аспектах китайской традиции от геополитических концепций до эпистемологии и общественной практики. Конфуцианство требовало «держаться середины» (чжичжун 执中), даосизм проповедовал «сохранение середины» (шоучжун 守中). Поскольку речь идет, по существу, о рассеянной динамической структуре, правильнее говорить о центре или, точнее, центрированности различных процессов: космогонических, общественных, духовных и проч. Центрированность предшествовала всему сущему и в этом качестве являлась условием и фокусом мировой гармонии. Словосочетание центрированность-согласие (чжунхэ中和) стало в Китае наиболее общей формулой и бытия, и человеческой практики. Речь идет не об универсальной «мере» вещей, а о взаимном проникновении полярных начал, генерирующем мощь жизни. Поэтому центрированность стала важнейшей категорией китайской политики и стратегии, а условием ее постижения стала обостренная чувствительность или просветленность духа.
Секрет эффективности центрированной структуры состоит не просто в своевременной, как бы совершенно «естественной» смене покоя и движения, но в совпадении того и другого именно по своему пределу. Такое наложение крайностей — главный принцип «круговорота Великого Пути». В Китае к нему прилагали эпитет «утонченный», «чудесный» (мяо妙). Это неопределимое единство сущего и несущего, действительного и иллюзорного, действия и бездействия навсегда осталось глубочайшей тайной традиции, непереводимой на язык параллелизма идей и вещей. В эпоху Модерна господство логико-дискурсивной модели реальности привело к катастрофическому слому традиционного миропорядка. Но в современной информационной цивилизации, поставившей во главу угла прагматику человеческого общения, китайский принцип центрированности обретает большую актуальность и ценность.