• A
  • A
  • A
  • АБB
  • АБB
  • АБB
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта
Найдены 33 публикации
Сортировка:
по названию
по году
Статья
Rudnev P., Volkova A. A. Russian linguistics. 2020. Vol. 44. No. 2. P. 157-175.
Добавлено: 19 декабря 2019
Статья
Janda L., Kopotev M., Nesset T. Russian linguistics. 2020. No. 44. P. 109-127.

Аннотация В статье на основе Национального корпуса русского языка анализируются значение и структура синтаксической конструкции типа ‘Дурак дураком’, которую мы для краткости обозначаем ‘NOM∼INS’. Мы показываем, что указанная конструкция представляет собой радиальную категорию, состоящую из трёх взаимосвязанных подтипов, которые в соответствии с их значением можно назвать ‘экстремальный’ (‘Extreme’), ‘образцовый’ (‘Paragon’) и ‘смена дискурса’ (‘Discourse Change’). В статье показано, что в процессе диахронического развития подтип со значением ‘смена дискурса’ обгоняет ‘экстремальный’ подтип по количеству употреблений и становится доминирующим в современном русском языке. Предложенный в статье анализ подтверждает основные теоретические установки Грамматики конструкций, а именно: а) язык представляет собой сеть связанных между собой конструкций, значение которых часто оказывается некомпозициональным; б) конструкции образуют континуум от идиоматичных до композициональных вариантов употребления; в) конструкции и вся сетевая структура изменяются с течением времени.

Добавлено: 30 сентября 2020
Статья
Zevakhina N., Вишенкова А. С. Russian linguistics. 2019. No. 43(2). P. 107-125.

Relying upon the data from the Russian National Corpus, the paper studies Russian wh-exclamatives with and without predicates. Firstly, it makes a list of wh-exclamatives with each of the following eight wh-words: do čego, kak, kakoj, kakov, naskol’ko, skol’, skol’ko, čto za. Secondly, on the basis of the corpus frequencies of the established wh-exclamatives, it shows that those wh-exclamatives that involve NPs predominantly occur without predicates, whereas those wh-exclamatives that do not involve NPs predominantly occur with predicates. Thirdly, the paper reveals that without-predicates wh-exclamatives are mostly Nominative marked and their most frequent type, kakoj-exclamatives, involves either a scalar adjective or a scalar noun, if an NP lacks an adjective. Last but not least, the paper demonstrates which wh-constructions function only as exclamatives, that is, which of them are E-only in terms of Portner and Zanuttini (2003).

Добавлено: 5 января 2019
Статья
Rakhilina E. V., Plungian V. Russian linguistics. 2018. Vol. 42. No. 2. P. 123-136.
Добавлено: 21 октября 2017
Статья
Жукова С. Ю., Zevakhina N., Slioussar N. et al. Russian linguistics. 2020. Vol. 44. No. 2. P. 129-143.
Добавлено: 13 апреля 2020
Статья
Гиппиус А. А., Schaeken J. Russian Linguistics. 2011. № 35. С. 13-32.
Добавлено: 28 марта 2012
Статья
Kuvshinskaya Y. M. Russian linguistics. 2017. Vol. 41. No. 3. P. 355-373.

This paper focuses on predicate agreement with quantified phrases that include bolee, svyše ‘more’, okolo ‘about’, menee ‘less’ and the nouns polovina ‘a half’, tret’ ‘a third’, and numerals. This study based on data from the National Russian Corpus describes the modern standard of predicate agreement with quantified phrases containing okolo, bolee + poloviny / treti. The data show that a predicate is most likely to occur in the singular with ‘bolee, okolo + numeral’ and in the plural with ‘okolo, bolee + polovina / tret’ ’. The author proposes an answer to the question of why the standards of agreement for quantified phrases with similar structures are different. The factors that influence the form of the predicate are also examined.

Добавлено: 10 октября 2017
Статья
Janda L., Lyashevskaya O. Russian linguistics. 2011. No. 35-1. P. 147-167.

Русская аспектуальная система традиционно описывается через видовые пары глаголов. Поскольку предполагается, что лексические значения глаголов совершенного и несовершенного вида в паре тождественны, аффикс, который маркирует вид, не несет иного значения, кроме аспектуального. В отношении к приставочным парам этот подход может быть назван гипотезой о пустых приставках. Альтернативный подход, который можно назвать гипотезой о наложении значений, предполагает, что семантическая пустота является иллюзией, возникающей из-за того, что значения мотивирующего глагола и приставки перекрываются. Длительный спор по поводу этих двух гипотез остается неразрешенным. Обращаясь к этой проблеме, мы анализируем феномен, который до сих пор не получил полного и системного рассмотрения, а именно, вариативность приставок в видовых парах. Такая вариативность имеет место, если бесприставочный глагол несовершенноговида образует с помощью различных приставок две или более видовых пар c близким лексическим значением, ср. завязнуть и увязнуть. Представляя детальный эмпирический анализ, мы показываем, что приставочная вариативность — частотное и системное явление в русском языке, и что наши результаты подтверждают гипотезу о наложении значений.

Добавлено: 7 сентября 2011
Статья
Gippius A. Russian linguistics. 2014. Vol. 38. P. 341-366.

Статья написана в развитие дискуссии по вопросам критики текста Повести временных лет, развернувшейся после выхода в свет немецкого перевода Л. Мюллера (2001) и издания Д. Островского (2003). Полемизируя с Островским (2007), автор приводит новые доводы в пользу независимость текста Новгородской 1 летописи младшего извода от архетипа полных списков ПВЛ и наличия контаминации, связывающей ипатьевскую ветвь рукописной традиции с радзивиловской. Уточняются параметры контаминации: ее направление и то, какие из представителей двух ветвей были в нее вовлечены. 

Добавлено: 11 декабря 2014
Статья
Gippius A., Gzella H., Mikheev S. M. et al. Russian linguistics. 2020. Vol. 44. P. 1-12.

В настоящей статье дается подробный ответ на альтернативные трактовки выражений коуни рони и парехъ мари, многократно записанных в XI в. на стенах новгородского Софийского собора. Ранее эти выражения были объяснены нами как семитские: от древнееврейского qūmī ronnī и сирийского /barren̲k mār/. После этого новые факты по обоим вопросам привлек С. Ю. Темчин. В случае с коуни рони мы приводим аргументы против альтернативной гипотезы, что позволяет остаться при прежней точке зрения. Между тем, по вопросу о парехъ мари мы соглашаемся с трактовкой Темчина и привлекаем данные, которые позволяют уточнить обстоятельства распространения этого выражения на славянской почве.

Добавлено: 30 июня 2020
Статья
Dobrushina N. Russian linguistics. 2012. Vol. 36. No. 2. P. 121-156.

Во многих языках мира формы ирреального наклонения (субжонктив, конъюнктив, кондиционалис, сослагательное наклонение) используются в дополнительных придаточных предложениях. Набор предикатов, требующих субжонктивного придаточного, обладает сходствами и различиями в разных языках. Статья посвящена определению круга русских предикатов, использующих сослагательное наклонение в дополнительных придаточных как единственный способ оформления дополнительных придаточных или наряду с изъяснительным наклонением. С помощью Национального корпуса русского языка составлен список таких предикатов, определена относительная частотность изъявительного VS сослагательного наклонения для каждого исследованного предиката. Основным результатом исследования является выделение двух типов дополнительных придаточных предложений с сослагательным наклонением. Большая часть предикатов принадлежит к первому типу, который как формальными, так и семантическими сходствами с целевыми употреблениями чтобы: субъект главного предиката вовлечен в реализацию подчиненной ситуации через желание, намерение, отношения необходимости или каузальные отношения. Ко второму типу относятся эпистемические употребления союза чтобы при глаголе сомневаться и ряде других предикатов, использующихся с отрицанием, в вопросительных конструкциях или в других контекстах, маркирующих сниженную вероятность.

Добавлено: 28 сентября 2012
Статья
Apresyan V. Russian linguistics. 2014. Vol. 38. No. 2. P. 187 -203.

В работе рассматриваются проблемы композициональности, уступительности, отрицательной поляризации, градуируемости, языковой антропоцентричности и взаимодействия семантики и синтаксиса на материале корпусного исследования русской синтаксической фраземы при всем Х-е и ее английского не-идиоматического аналога  with all X. Исследование демонстрирует (а) наличие как композициональных, так и не-композициональных компонентов в русской фраземе на семантическом и синтаксическом уровнях; (б) наличие корреляции между семантическими и синтаксическими свойствами фраземы; (в) семантические свойства, характерные для других синтаксических фразем (например, отрицательная поляризация); (г) прагматические свойства, характерные  для других синтаксических фразем (такие как импликатуры, подразумевающие имплицитные шкалы и оценки); (e) индивидуально устанавливаемый лингвоспецифичный фразеологический статус.  

Добавлено: 9 октября 2014
Статья
Gippius A., Gzella H., Schaeken J. et al. Russian linguistics. 2012. Vol. 36. No. 3. P. 271-284.

В статье обосновывается семитское происхождение двух надписей XI в., неоднократно встретившихся на стенах Новгородского Софийского собора: коуни рони и парехъ мари (последняя публикуется впервые). Приводятся лингвистические аргументы, доказывающие древнееврейский характер первого граффито и сирийский – второго. Реконструируется также историко-прагматический контекст обеих надписей. Надписи коуни рони, атрибутируемые как цитата из ветхозаветного Плача Иеремии (2:19), связываются с захватом Новгорода и разграблением Софийского собора в 1066 г. Всеславом Полоцким. В них можно видеть древнейшее осязаемое свидетельство славяно-еврейских контактов в Древней Руси. Автором надписи парехъ мари мог быть новгородский клирик Ефрем, носивший прозвище Сирин и, возможно, имевший сирийские корни.

Добавлено: 27 января 2013
Статья
Rakhilina E. V., Плунгян В. А. Russian linguistics. 2013. Vol. 37. No. 3. P. 347-359.
Добавлено: 18 ноября 2013
Статья
Плунгян В. А., Кузнецова Ю. Л., Rakhilina E. V. Russian linguistics. 2013. No. 37.3. P. 293-316.

В настоящей статье приводится анализ русских предлогов под и из-под в темпоральных конструкциях.   

Добавлено: 18 ноября 2013
Статья
Lyashevskaya O., Litvintseva K., Сечина Е. В. et al. Russian linguistics. 2020. No. 44(2). P. 145-156.

Статья представляет корпусное исследование русской глагольной рифмы и связанных с ней диахронических тенденций в русской поэтической традиции с 1800-х до 1960-х гг. До сих пор рифма исследовалась преимущественно с позиции фонетики, тогда как грамматические факторы учитывались недостаточно. Между тем морфология языка также влияет на эвфонию рифмы из-за регулярности аффиксов. Наше исследование проведено на материале Поэтического корпуса Национального корпуса русского языка. Для количественного анализа была создана база данных, содержащая дополненную разметку стиховедческих и лингвистических признаков, в том числе разметку рифмованных пар и цепочек, уточненные леммы и грамматические признаки. Результаты показывают, что авторы по-разному экспериментировали с глагольной рифмой в разные периоды. Несмотря на представление о неэстетичности глагольной рифмы, бытующее еще со времен А. Кантемира, ее употребительность в исторической перспективе носит волнообразный характер, выделяются периоды подъема и спада. Мы выделяем два класса рифмованных пар: сочетания двух глагольных форм и морфологически гетерогенные сочетания глагольной словоформы со словом другой части речи. Мы приходим к выводу, что внутри глагольной рифмы обнаруживаются ограничения в основном на сочетания форм прошедшего времени и инфинитива. Вместе с тем, рифмование индикативных форм и морфологически гетерогенные рифмы используются более свободно.

 

Добавлено: 13 ноября 2019
Статья
Кронгауз М. А. Russian Linguistics. 2013. Т. 37. № 2. С. 157-173.

В статье рассматривается семантическая асимметрия существительных, чье значение связано с числами: двушкатрёшкатроякпятак. Слова двушка и пятак в первую очередь связаны с монетами, а трёшка и трояк — с рублями. У этих слов есть и другие значения, причем наборы их также не совпадают (‘оценки’, ‘тюремные сроки’, ‘квартиры с определенным количеством комнат’ и т.д.). Семантическая асимметрия получает культурную интерпретацию. Выбор значения обусловлен культурной ценностью ‘денежных’ и других понятий. За существительным-числом закрепляются те значения, которые наиболее важны и актуальны в определенный период времени. Так, актуальность ‘денежного’ значения определяется, прежде всего, наличием соответствующего денежного знака, а также постоянной функцией у этого денежного знака или у соответствующей ему суммы. Кроме того, для подобных существительных следует говорить и об особом семантическом потенциале, то есть возможности появления новых значений.

Добавлено: 29 января 2016
Статья
Andrey Gorbov. Russian linguistics. 2016. Vol. 40. No. 2. P. 133-152.

Статья посвящена проблеме грамматического описания неизменяемых атрибутивных модификаторов существительных в русском языке, в том числе препозитивных компонентов сочетаний типа бизнес-планшоу-бизнесфитнес-зал, совпадающих в плане выражения с существительными—новыми заимствованиями из английского языка. Критическому рассмотрению подвергается концепция, согласно которой все такие атрибутивные единицы входят в единый класс ‘аналитических прилагательных’. В работе показано, что часть неизменяемых препозитивных элементов не является автономными словоформами и проявляет свойства компонентов неинвентарных (несловарных) сложных слов, другая же часть обладает признаками самостоятельных слов—существительных в функции приложения и наречий. Таким образом, исследуемые единицы не являются прилагательными. Кроме того, проведенный анализ приводит к выводу о том, что увеличение количества и частотности употребления препозитивных неизменяемых атрибутов не может служить прямым подтверждением роста аналитизма в грамматике русского языка.

Добавлено: 9 июня 2016
Статья
Апресян В. Ю., Шмелев А. Д. Russian Linguistics. 2020. Т. 44. № 3. С. 203-230.

Демонстрируется асимметрия, которая существует между темпоральными значениями слов со значением ‘близкого’ и ‘далекого’, и анализируются ее семантические источники. Одно из основных проявлений этой асимметрии -- предпочтительная референция к будущему у слов со значением ‘близкого’ (ср. близкие каникулы = ‘каникулы в будущем’) и к прошлому у слов со значением ‘далекого’ (ср. далекие годы = ‘годы в прошлом’). Однако эта общая тенденция осложняется другими факторами. Например, для кратких форм прилагательного близкий темпоральное употребление характерно (Близок день нашей победы), в то время как для кратких форм далекого – нет (?Далек день нашей победы). Для предикативного наречия близко невозможно употребление в темпоральном значении в конструкции с предлогом до (*До Нового Года близко), характерное для наречий далеко и недалеко (До Нового года еще далеко / уже недалеко). Интересно, что в таком употреблении временная референция далеко меняется: оно указывает не на прошлое, а на будущее. Парадоксальным образом у дейктических наречий тут и там распределение временной референции в таксисном значении обратное: тут чаще указывает на прошлое, а там – на будущее (Иду я по улице, и тут мне навстречу медведь; Скоро весна, а там и лето). Однако асимметрия сохраняется: тут указывает на немедленное следование, а там – на большие временные промежутки. Отсутствие предсказуемости и нелинейный характер асимметрии между далеким и близким в темпоральных значениях тем или иным образом проявляются у всех рассмотренных слов.

 

Добавлено: 9 мая 2020
Статья
Пенькова Я. А. Russian Linguistics. 2019. Т. 43. № 1. С. 65-78.

В статье рассматриваются особенности употребления будущего сложного второго (предбудущего, перифразы буду + л-форма) в древненовгородском диалекте, сопоставляются две противоположные точки зрения на природу конструкции, принадлежащие А.А. Зализняку и Х. Андерсену. Первый называет перифразу предположительным наклонением, второй считает, что конструкция является обычным относительным будущим, аналогичным английскому future perfect.

Будущее время перфекта в языках может обозначать как основной, так и фоновый таксис. Конкретное распределение этих функций по языкам может различаться. Примерами таких различий являются предбудущее в английском и португальском языках. В английском языке футуральный перфект используется для выражения основного таксиса. В португальском основной таксис выражает футуральный перфект индикатива, а фоновый ‒ его структурный аналог в конъюнктиве. Конструкция буду + л-форма в древненовгородском диалекте использовалась для выражения фонового таксиса и этим близка футуральному перфекту конъюнктива в португальском языке и отличается от предбудущего в английском. Судя по всему, перифраза, утратив функцию относительного времени, в древненовгородском дрейфовала в сторону предположительного наклонения ‒ показателя реального условия, однако этот процесс не достиг завершения.

Многие употребления перифразы буду + л-форма находят объяснение только при обращении к прагматическим особенностям контекста: второе будущее могло использоваться как маркер данного, форма 1–го лица ед. числа могло вносить в высказывание имплицитное отрицание.

Добавлено: 15 января 2019
Статья
Поливанова А. К. Russian Linguistics. 1985. Т. 9. № 2-3. С. 209-223.
Добавлено: 27 сентября 2018
1 2