?
Проблемы концептуализации феномена коррупции. Часть I.
Статья посвящена инструментальной концептуализации коррупции, включая классификацию ее форм и определение институционального механизма. Проведен анализ традиционных концептуальных подходов к коррупции. Показано, что основными аспектами нормативно-ценностного подхода служат: ценностная оценка коррупции как однозначно негативного явления; соотнесение проявлений коррупции с нарушениями норм законов или норм морали и этики; рассмотрение коррупции как девиантного поведения. Акцентированы неоднозначные и проблемные вопросы такого подхода. Рационалистический подход к коррупции, к которому относится и экономический подход, характеризуется тем, что предпочтение отдается не ценностным оценкам и различным нормам, а функциональным оценкам проявлений и последствий коррупции. Представлены обоснования несостоятельности утверждений о позитивных функциях коррупции, ее положительной роли как средства дерегулирования для преодоления бюрократических барьеров. Выявлен обобщенный механизм коррупции, который состоит в том, что должностное лицо административно организованной структуры, выходя за установленные пределы и нарушая нормативную регламентацию своих должностных полномочий и прав, включая нормы служебного поведения и этики, и (или) социетальные нормы поведения, этики и морали, неправомерно распределяет и использует ресурсы структуры не для реализации ее функций и задач, а для извлечения личной или групповой выгоды. Представлена авторская трактовка понятия «политическая коррупции» и описана иерархическая система форм политической и экономической коррупции, вершиной которой служит коррупционный «захват государства». Приведена классификация типов административного ресурса публичной власти, злоупотребление, которыми составляет суть институционального механизма коррупции в сфере публичной власти. При инструментальной концептуализации коррупция в сфере публичной власти определена как злоупотребление, противоправное использование публичным должностным лицом управленческих ресурсов публичной власти не для реализации функций государства и обеспечения целей общественного развития, а для получения какого-либо неправомерного преимущества, извлечения личной и (или) групповой, в том числе и в пользу третьих лиц, выгоды, которая может иметь как материальное, так и нематериальное выражение.