?
Логика А. Г. Баумгартена как пример докантовского «догматизма»
Несмотря на широкую полемику о тех или иных интеллектуальных результатах проекта И. Канта в посткантовской философии, значимость «коперниканского переворота», осуществленного в «Критике чистого разума», очевидна. Ни три проекта позитивизма (которые необходимо отличать от идей эпигонов физикализма), ни феноменология и герменевтика, ни аналитическая философия не смеют претендовать на непосредственное познание мира самого по себе, а если и говорят о его онтологии, то только в смысле дедукции этой онтологии из логического анализа форм мышления (Фреге, Рассел, ранний Витгенштейн) и грамматики естественного языка (Стросон), либо из экзистенциальной аналитики феномена мира через раскрытие бытия-в-мире как экзистенциала Dasein (Хайдеггер). И континентальная, и англо-американская традиции в ходе своих построений пересматривают само доктритическое понятие онтологии. На этом историко-философском фоне интеллектуальная неполноценность т.н. «догматизма», обличенного Кантом и окончательно отвергнутого магистральными направлениями современной философии, кажется очевидной. Но справедливо ли такое представление? Обратимся к одному из примеров докантовского «догматизма», отождествляющего законы мышления с законами бытия, — первой главе знаменитой «Метафизики» Александра Готлиба Баумгартена.