Диспозитивная модель дееспособности граждан с психическими расстройствами во Франции и Квебеке в контексте реформы Гражданского кодекса России. Часть II

Российское правосудие. 2021. № 9. С. 80–87.

Терди Е. С., Скрынник И. К.

В статье рассматривается проблема несоответствия между российской императивной моделью дееспособности, согласно которой содержание дееспособности при ее ограничении по мотиву наличия у гражданина психического расстройства предустановленно законом, и ратифицированной Россией в 2012 г. Конвенцией о правах инвалидов. Цель работы состоит в демонстрации недостатков императивной модели, главным из которых является отсутствие у российского суда полномочий индивидуально определять последствия ограничения дееспособности гражданина с психическим расстройством в зависимости от степени фактического снижения его когнитивных и волевых способностей. Поставленная цель достигается последовательным выполнением следующих задач. Во-первых, дается характеристика российской императивной модели дееспособности. Во-вторых, описывается французская диспозитивная модель дееспособности, при которой системообразующими являются не категории дееспособности, недееспособности и ограниченной дееспособности, а формы правовой защиты. Отмечается, что под влиянием Конвенции о правах инвалидов более прогрессивные с точки зрения международного права формы этой модели находят закрепление в правопорядках многих зарубежных стран. В-третьих, анализируется эволюционировавшая форма французской диспозитивной модели дееспособности, реализованная в принятом 2 июня 2020 г. Национальным собранием Квебека Билле 18 «Акт о внесении изменений в Гражданский кодекс, Гражданско-процессуальный кодекс, Закон о государственном опекуне и различные положения, касающиеся защиты личности». Ее достоинство состоит в том, что при установлении формы защиты суд не связан правовыми нормами, определяющими содержание дееспособности гражданина с психическим расстройством, а вправе, исходя из его способности понимать значение своих действий или руководить ими в различных сферах жизни, индивидуально определить, какие действия он может осуществлять самостоятельно или с помощью представителя, а какие совершаются только последним. Задачи исследования определяют ведущую роль сравнительно-правового метода, используемого при его осуществлении. Проведенный анализ дает возможность оценить перспективы заимствования французской или квебекской диспозитивных моделей регулирования дееспособности граждан с психическими расстройствами российским законодателем.

Ключевые слова: психические расстройства, ACTIVE LEGAL CAPACITY, INCAPACITATION, RESTRICTION OF ACTIVE LEGAL CAPACITY, SUBSTITUTE DECISION-MAKING, SUPPORTED DECISION-MAKING, MENTAL DISORDERS, RUSSIA, FRANCE, QUEBEC