?
Вечный побег. Старообрядцы-странники между капитализмом, коммунизмом и апокалипсисом
Книга посвящена социальной истории старообрядцев-странников, они же бегуны, они же Истинно-православные християне странствующие. Странники верят, что в середине XVII века в результате канонических реформ патриарха Никона в мире воцарился невидимый, но всепроникающий антихрист и начался долгий процесс апокалипсиса, разворачивающийся по сей день. В подобной ситуации конца света истинно-православному християнину не остается иного выбора кроме бегства от мира. Чтобы спасти свою душу он или она не должны иметь собственность, вступать в брак, и что самое важное, контактировать с главным воплощением антихриста в мире – государством.
Тем страннее обнаружить, что в первой трети XX века, то есть в период активных позднеимперских, раннесоветских и сталинистских социальных и политических трансформаций, странники не только не отдалились от испорченного мира еще сильнее, но, напротив, энергично участвовали в его пересборке. Они создавали капиталистические производства, были пионерами советской сельхозкооперации, а некоторые из них даже нашли для себя место в репрессивной машине сталинского террора. Центральный вопрос этой книги – этот удивительный контраст между риторическим мироотречением странников и их фактической включенностью в самые что ни на есть мирские процессы. Как вышло так, что носители столь пессимистического мировоззрения не только не затерялись в вихре российских трансформаций и революций, а, напротив, раз за разом находили в нем место для себя?
В основе книги - биографические пути трех героев, в разное время оказавшихся вовлеченными в масштабные процессы эпохи - позднеимперский расцвет низового капитализма, революции, ранние советские социальные эксперименты и, наконец, репрессивная сталинская модернизация. На их примере автор показывает не только про-активные способности последователей радикального православного христианства, но и гибкость и подвижность модернизирующихся политических режимов, в механизмах которых всегда находилось место даже для таких неудобных элементов, как герои этой книги.
