• A
  • A
  • A
  • АБB
  • АБB
  • АБB
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

Глава

The Composition of the Ghent Altarpiece (Divine and Human Perspectives)

P. 183-209.

Анализ "Гентского алтаря" Яна ван Эйка показывает, что изображенные фигуры расположены в соответствии с противопоставлением горнего и дольнего мира. Здесь представлены (будучи объединены в одном изображении) две перспективы: внешнего наблюдателя (эта перспектива соответствует точке зрения зрителя, который смотрит на алтарь) и внутреннего наблюдателя, который мыслится внутри изображаемого пространства (Божественная перспектива). Внешняя перспектива представляет земное пространство, тогда как внутренняя перспектива служит для изображения пространства небесного. Это особенно отчетливо проявляется в открытом алтаре — через противопоставление правого и левого. На переднем плане более значимые фигуры расположены справа для зрителя, тогда как в центральной части картины, они расположены слева. В обоих случаях правая сторона является престижной (семиотически маркированной), но на переднем плане расположение фигур соотнесено с нашей точкой зрения (внешней по отношению к изображению), тогда как в центральной части оно соотнесено с точкой зрения внутреннего наблюдателя. Первый принцип типичен для Ренессансного искусства, второй — для искусства средневекового, в частности, для иконописи. Провозглашенный основоположником нового, ренессансного взгляда на мир, ван Эйк на самом деле не отказывается от старых изобразительных приемов: он объединяет оба принципа организации изображения — старый (средневековый) и новый (ренессансный) — в рамках одной и той же картины. Таким образом выражается противопоставленность этих двух перспектив. Ренессансный принцип изображения соотнесен с передним (периферийным) планом, а средневековый принцип — с основным планом картины. Вместе с тем ренессансный принцип соотнесен с земной перспективой, а средневековый — с перспективой Божественной. Тем самым противопоставленность перспектив, соотнесенных с внешней и внутренней зрительной позицией, имеет у ван Эйка как функциональный, так и символический смысл.

То же противопоставление потустороннего и посюстороннего — небесного и земного, Божественного и человеческого, наблюдается в закрытом алтаре. Вместе с тем это противопоставление — ключевое для Гентского алтаря — находит здесь другое проявление: оно выражается в данном случае не перспективно, а стилистически, т. е. не с помощью использования той или иной зрительной позиции, а с помощью специальных изобразительных средств — прежде всего с помощью цвета. В земном пространстве святые изображены как статуи, тогда как в небесном пространстве они выглядят живыми. Вместе с тем фигуры Архангела и Девы стилистически соотносится с изображением статуй. Диалог Архангела и Девы подтверждает взаимную противопоставленность земного и небесного: слова Архангела, обращенные к человеку, читаются в обычном порядке, тогда как ответ Марии обращен к Богу и соответственно ее слова перевернуты (как по вертикальной, так и по горизонтальной оси). Противопоставление земного и небесного выступает у Ван Эйка не только как организующий принцип композиции, но и как центральная тема всего произведения.

В книге

The Composition of the Ghent Altarpiece (Divine and Human Perspectives)
Brux.: KVAB [Koninklijke Vlaamse Academie van België] Press, 2012.