?
Смыслообразование и власть, или Политическая прагмасемантика
Использование концепта власти на уровне общих понятий ведет к парадоксальности и противоречивости теоретических построений политической науки. Без власти индивиды не могут образовать общность, необходимую для достижения блага каждого из них, но при этом любая власть есть ограничение, подавление субъектности. Поэтому политическая власть предполагает формирование некоей смысловой картины мира, которая объясняет и оправдывает порядки, реализуемые этой властью. Такая доминирующая смысловая картина дает основание легитимности власти, консолидации социума, общности идентичности. Она многослойна и подвижна, в ее формировании принимают участие не только политический класс, но и гуманитарные науки, система образования, личный опыт. Предлагается прагмасемантический подход, с позиций которого формирование смысловой картины предстает как каскад интерфейсов (контекстов) смыслообразования, каждый из которых операционализируется как ценностно-регулятивная система (ЦРС). С этой точки зрения политическая власть предстает как ЦРС, которая для обоснования влияния на упорядочение других претендует на доминирующую смысловую картину мира. Для развития социума при этом важна конструктивная вариативность осмысления действительности и форматы организации власти, способные порождать и поддерживать такую вариативность. Тем самым и в политической теории необходим переход от оперирования общими абстракциями к конструктивному пониманию процессуального и операционального характера политики применительно к конкретным социумам с учетом их актуальных проблем и исторического опыта. Данная тематика приобретает нетривиальное значение в наши дни, когда радикально меняются форматы ЦРС в управлении, бизнесе, науке, образовании, искусстве, личной жизни. Современные информационно-коммуникативные технологии в цифровом формате обеспечивают широкий доступ к источникам и каналам информации, открывая возможность непосредственной презентации и трансляции мнений, оценочных переживаний, эмоционально окрашенных образов. При этом государство получает исключительные возможности контроля за содержанием этих информационных потоков, а также за их пользователями. Социальная ответственность, ее содержание, институты ее реализации приобретают новое качество, предъявляя новые вызовы и запросы к морали и праву, к поведению каждой личности.