?
Будни военнослужащих Красной армии: от Финской к Великой Отечественной войне.
В статье Елизаветы Хатанзейской моральный климат Красной Армии исследуется преимущественно на примере Архангельского военного округа в период «войны без войны» после окончания советско-финляндской войны в марте 1940 г. приписывается активным боевым действиям или затемняется ими. Она обнаруживает свидетельства действительно массовых и зачастую зрелищных нарушений воинского устава и общественного порядка, от пьянства до перестрелок между офицерами. Хотя эти инциденты, очевидно, слишком повсеместны для хорошо организованных сил, несмотря на все жесткие меры, принятые для их предотвращения, они не представляют типичного поведения советских военнослужащих. Однако они точно отражают распространенное восприятие социальной нормы, проявляющееся в типичных реакциях на правонарушения. Пьянство и неповиновение казались настолько распространенными, что обычно не наказывались, но здесь необходима важная оговорка: Хатанзейская демонстрирует жесткое кастовое деление между офицерами и призывниками в Красной Армии, что проявлялось в резких различиях в наказаниях за одни и те же проступки. Это разделение было закреплено новым Дисциплинарным уставом от октября 1940 г., который разрешал офицерам применять принуждение для поддержания хорошей дисциплины и освобождал их от любой ответственности за такие действия. Применение физической силы, вплоть до избиения, даже за незначительные нарушения и неповиновение, полностью оставлялось на усмотрение командиров, которые тут же воспользовались случаем. В то же время новые правила возлагали всю ответственность за выполнение приказов лично на офицеров, несмотря ни на какие объективные препятствия. Их произвольная власть над подчиненными соответствовала столь же произвольной ответственности по отношению к начальству, не опосредованной никакими формальными критериями и правилами.