?
М.А. Булгаков и А.В. Сухово-Кобылин. Текстология театрального альбома
Личные собрания документов, имеющих отношение к постановкам собственных пьес Сухово-Кобылина и Булгакова, никогда не сопоставлялись.
Булгаков практически никогда не упоминает в своих текстах Сухово-Кобылина. Однако, «встреча» двух драматургов произошла в пространстве театрального альбома.
В отличие от многократно изучавшегося литературного альбома, не существует специальных исследований, посвященных типологии театрального альбома, анализу его культурной семантики. Текстологическое изучение альбомных «автоколлекций» - спутников драматургии, собираемых авторами, способствует обретению смысловых «ключей» не только к конкретным текстам, но и к тем метасвязям, которые они образуют, к составлению транскрипций подвижного текста.
Альбомные лаборатории двух драматургов проясняют это сходство.
В коллекциях Сухово-Кобылина (синий бювар с конвертами редакций пьес, входящих в состав трилогии «Картины прошедшего», хранящийся в РГАЛИ) и в театральных альбомах Булгакова (восемь альбомов в рукописном отделе ИРЛИ) выявляются два слоя. Один - "энциклопедия" театральной истории пьес, афиши, рецензии, сопровождаемые авторскими пометами, и подробное "досье цензурных мытарств". Другой пласт - газетные вырезки с авторскими маргиналиями, пометами, моделирующими словарный универсум и библиотеку сюжетов, отражающих газетную реальность, а затем прорастающих в произведения. Так, известно, что одним из персонажей фельетона В.Черноярова «Сборная команда», опубликованного в журнале «Новый зритель» в 1926 году и вклеенного в булгаковский альбом, посвященный постановке пьесы «Дни Турбиных» в МХАТ в 1926 году, был Сухово-Кобылин. Как известно, указанный альбом Булгакова является автодокументальным источником «Театрального романа». Метаморфозы текстов в альбоме, сопровожденные авторскими пометами, маргиналиями, типологически сближают театральные альбомы Сухово-Кобылина и Булгакова. Семиотически и визуально они родственны сценарию условной пьесы, режиссерскому постановочному экземпляру или выставочному плану экспозиции.
Драматурги совершенно очевидно собирают досье, «банк данных», фиксирует развилки, путь от рукописи к изданию и сцене (в случае Булгакова особенно), словно бы составляют биографию собственного текста. Для Булгакова актуальны рецепты и технические руководства по изготовлению автора, сформулированных в фельетонах 1920-х годов. По стечению обстоятельств Сухово-Кобылин попал в эту фельетонную среду.