• A
  • A
  • A
  • АБB
  • АБB
  • АБB
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

Статья

Медикализация преступности в раннесоветской судебной психиатрии

Погорелов М. А.

В статье рассматривается история раннесоветской судебной психиатрии, которая появляется как полноценная академическая дисциплина и судебно-медицинская практика в 1920-1930-е гг.  На основе материалов профессиональных совещаний и съездов, научных работ, законодательных и ведомственных документов делается попытка рассмотреть, как складывалась профессиональная юрисдикция новой дисциплины и профессии. На короткий период психиатры получили возможность самостоятельно определять задачи и сферу компетенции собственной деятельности. Это, а также неоднозначность раннесоветского уголовного законодательства, привели к значительной экспансии “био-социального” понимания преступности в судебно-психиатрическую практику и теорию. Ряд советских психиатров (в т.ч. Е.К. Краснушкин, Н.П. Бруханский) сформулировали концепции, связывающие антисоциальные действия правонарушителей с их патологической предрасположенностью. Благодаря этому, множество “пограничных” случаев, - в частности, широко трактуемые психопатии, - были включены в юрисдикцию судебной психиатрии. Медикализируя преступность, представители этой дисциплины претендовали на повсеместное проникновение в пенитенциарные учреждения. Ситуация изменилась в 1930-е гг.: реагируя на «политические» вызовы «социалистического наступления», дисциплина начинает перестраивать собственную профессиональную юрисдикцию. Во-первых, была переопределена и сужена категория психопатов. Невменяемыми и подлежащими принудительному лечению признавались только подсудимые с “тяжелыми” органическими заболеваниями, все же “пограничные” случаи передавались в ведение общей юстиции. Во-вторых, были переформулированы задачи дисциплины: если в 1920-х гг. исследования психиатров охватывали широкий спектр тем, связанных с изучением связей преступности и душевной болезни, а основная цель декларировались как социальная экспертиза, то в середине 1930-х судебная психиатрия ограничивается гораздо более узкопрактической задачей - предоставлением экспертных заключений судебно-следственных органам. Эти процессы были связаны со стабилизацией профессиональной юрисдикции и институционализацией судебной психиатрии как академической дисциплины и профессии с четко очерченной сферой компетенции и набором задач, в условиях “сталинизации» науки и ужесточения юстиции.