?
Транскрибирование, или расширение письменного «я». К расшифровке разговора с Владимиром Александровичем Шкуратовым
Статья задумана в качестве эпистемологического паратекста к транскрипту архивного интервью, которое было записано летом 2009 г. на пилотной стадии исследования, посвященного истории молчания в СССР. Личную историю молчания с позиции позднесоветского интеллигента, дистанцирующегося от официальной жизни и речи, рассказывает архитектор исторической психологии и создатель ее олитературенной версии, ростовский профессор Владимир Александрович Шкуратов (1947–2022). Полнотекстовую расшифровку разговора интервьюер и автор предисловия публикует в память о своем учителе, обеспечивая с помощью предисловия послойную настройку чтения транскрипта интервью. В тексте разъясняется специфика комплексного жанра интервью, ставится вопрос о его этнографическом насыщении и связи с академическими практиками существования В.А. Шкуратова. Производится краткий экскурс в его интеллектуальное наследие, а в дизайне ростовской исторической психологии обнаруживается французский след. Статус интервью и его расшифровки определяется относительно исторической психологии в редакциях В.А. Шкуратова и Й. Мейерсона. Особое внимание уделяется взглядам В.А. Шкуратова на роль письменной культуры, данной через литературу, в изобретении современного человека и поддержании его психологической целостности. Рассматривается понимание письменной личности, предложенное В.А. Шкуратовым, и случай подпольного человека в его связи с письмом. Описывается принадлежность устной речи профессора порядку письменного высказывания. А ее перевод на письмо, рассмотренный как усиление присутствия и расширение письменного «я», помещается в контекст письменной культуры и письменной личности, над концептуализацией которых В.А. Шкуратов работал.