?
Два типа юриспруденции с точки зрения критического рационализма
Наше понимание юридических идей обретает свое наиболее концентрированное выражение в способности к их как можно более однозначной типологизации. Вместе с тем именно в вопросе типологизации правовых идей современная наука сталкивается с целым рядом трудностей. Проблемы, связанные с типологизацией таких сложных фигур юридической мысли как Ф.К. фон Савиньи или Л.Л. Фуллер, являются лишь одним из примеров подобных затруднений. В свете данных затруднений особую актуальность приобретают подходы к типологизации правовых идей, которые преодолевают рамки традиционных воззрений. Одним из таких подходов является взгляд на типологию правовых идей, основанный на эпистемологии критического рационализма. Комплексная реконструкция этой критико-рационалистической типологии является целью настоящей статьи. Ключевую роль в достижении этой цели играет интеллектуальное наследие Фридриха Хайека как представителя эпистемологии критического рационализма, сумевшего адаптировать ее для осмысления юриспруденции. По итогу комплексной реконструкции имплицитно заложенной а работах Хайека критико-рационалистической типологии юридических идей мы можем сделать вывод, что с точки зрения критического рационализма все правовые идеи подразделяются на два типа: «критические» и «картезианские». Различие между ними состоит в том, насколько сильно та или иная правовая идея определяется верой в интеллектуальные способности человека. Убежденность в том, что люди обладают достаточными интеллектуальными способностями для централизованного управления правовой системой общества, порождает «картезианское» восприятие права как системы сознательно сконструированных предписаний конкретного характера. Несводимость права к таким сознательно сконструированным предписаниям по причине неспособности человеческого разума централизованно управлять сложной социальной системой будет отражать другой, «критический» взгляд на право. Этот взгляд будет включать не только запрет на централизованное управление правовой системой общества, но и описывать особые «информационные» свойства данной системы, многократно превосходящие возможности человеческого ума.