?
Правовой фронтир в регулировании трансграничных общественных отношений
ВВЕДЕНИЕ. В регулировании трансграничных общественных отношений принимают участие не только нормы права данного государства, но и нормы иностранного национального права и самоисполнимые международно-правовые нормы. В своей совокупности эти нормы образуют своеобразную буферную зону между существующими правовыми системами, т. е. создают правовой феномен, который допустимо назвать правовым фронтиром. Именно в рамках этого фронтира происходят многочисленные правовые явления, сама возможность существования которых в недалеком прошлом либо оспаривалась, либо категорически отрицалась.
МАТЕРИАЛЫ И МЕТОДЫ. В качестве материалов для исследования были использованы положения международных договоров, национального законодательства России и других государств, а также многочисленные труды российских и зарубежных ученых. Методологическую основу исследования составляют общенаучные и специальные методы.
РЕЗУЛЬТАТЫ ИССЛЕДОВАНИЯ. В ходе исследования были сделаны выводы о том, что поскольку иностранное право по своему содержанию не совпадает между собой, применение его норм для регулирования трансграничных отношений приводит к тому, что подобные отношения одного и того же вида на территории одного и того же государства регулируются по-разному. При этом источниками правовых норм, регулирующих трансграничные отношения, являются все известные источники права, чего нет ни у внутригосударственных, ни у международных межгосударственных отношений. Кроме того, появились новые виды источников международно-правовых норм, направленных на урегулирование трансграничных общественных отношений, не указанных в ст. 38 Статута Международного Суда ООН. В статье констатируется, что значительные изменения в теории общего международного права (а также в общей теории права) вызваны появлением самоисполнимых международноправовых норм, предназначенных для регулирования именно трансграничных общественных отношений.
ОБСУЖДЕНИЕ И ВЫВОДЫ. Автор приходит к выводу, что появление самоисполнимых международно-правовых норм потребовало изменения самого определения международного права, признания невозможности существования какой-либо универсальной теории соотношения международного и национального права, а также уточнения понятия объекта и предмета международного договора. Применение самоисполнимых международно-правовых норм в качестве регуляторов трансграничных общественных отношений не трансформирует эти отношения в международные межгосударственные отношения и не превращает их субъекты в субъектов международного права. Эти отношения остаются трансграничными отношениями, а их субъекты обладают именно трансграничной правосубъектностью, независимо от того, нормой какой правовой системы они оказались урегулированы.