?
"Говорящие головы": модусы нарративности царского монетного портрета эпохи эллинизма
В статье проводится анализ нарративного потенциала царского монетного портрета эпохи эллинизма. В отличие от портретов в скульптуре, на мозаиках и фресках, монетный портрет занимает в системе классического искусствоведения подчиненное положение и чаще служит в качестве вспомогательного средства для идентификации портретов в других изобразительных жанрах. Между тем появление и тиражирование монетного портрета, снабженного индивидуальными чертами, в период раннего эллинизма свидетельствует о переходе от коллективного (полисного) сознания к индивидуальному (монархическому). Для эллинистических государств портрет правителя на монете являлся не просто главным средством политической пропаганды, но и визуальным воплощением царской власти. Особое значение при исследовании царского монетного портрета имеет анализ эстетических и физиогномических теорий Аристотеля и перипатетиков, оказавших большое влияние на философию искусства эпохи эллинизма. Тело как единая знаковая система становится важным инструментом визуального нарратива, использовавшегося государством в целях репрезентации образа правителя и власти. Трактат «Физиогномика», написанный неизвестным последователем Аристотеля, демонстрирует яркие параллели с некоторым художественными приемами, широко использовавшимися художниками периода эллинизма: «томный» взгляд Александра, вьющиеся волосы царей, анастоле. Одним из центральных мотивов «Физиогномики» является так называемый «львиный стиль», подчеркивающий мужество и благородство. Элементы «львиного стиля» можно обнаружить в портретах Александра, а затем и в монетных изображениях многочисленных эллинистических правителей, подражавших образу Александра. Царский монетный портрет выполнялся в соответствии со строгим иконографическим каноном, где важное место занимал декорум. Так, известны несколько вариантов царского портрета (в диадеме, кавсии, шлеме, шкуре льва, лучистой короне и головном уборе в виде головы слона), каждый из которых обладал собственным символизмом. Весьма важным аспектом изучения нарративности монетного портрета является соотношение текста легенды и изображения. В монетном деле восточно-эллинистических монархий в период эллинизма происходит одновременно процесс художественной деградации портрета и увеличение текста легенды за счет включения божественных эпитетов правителя. Данный процесс демонстрирует смещение визуально-текстовых приоритетов: от имплицитного характера изобразительного нарратива к эксплицитному. Еще одним элементом художественного нарратива является изображение правителя в образе божества. Эта тенденция является отражением развивавшегося в эллинистическом мире культа правителя. Визуализированный вариант образа обожествленного монарха широко тиражировался на монетах.В статье проводится анализ нарративного потенциала царского монетного портрета эпохи эллинизма. В отличие от портретов в скульптуре, на мозаиках и фресках, монетный портрет занимает в системе классического искусствоведения подчиненное положение и чаще служит в качестве вспомогательного средства для идентификации портретов в других изобразительных жанрах. Между тем появление и тиражирование монетного портрета, снабженного индивидуальными чертами, в период раннего эллинизма свидетельствует о переходе от коллективного (полисного) сознания к индивидуальному (монархическому). Для эллинистических государств портрет правителя на монете являлся не просто главным средством политической пропаганды, но и визуальным воплощением царской власти. Особое значение при исследовании царского монетного портрета имеет анализ эстетических и физиогномических теорий Аристотеля и перипатетиков, оказавших большое влияние на философию искусства эпохи эллинизма. Тело как единая знаковая система становится важным инструментом визуального нарратива, использовавшегося государством в целях репрезентации образа правителя и власти. Трактат «Физиогномика», написанный неизвестным последователем Аристотеля, демонстрирует яркие параллели с некоторым художественными приемами, широко использовавшимися художниками периода эллинизма: «томный» взгляд Александра, вьющиеся волосы царей, анастоле. Одним из центральных мотивов «Физиогномики» является так называемый «львиный стиль», подчеркивающий мужество и благородство. Элементы «львиного стиля» можно обнаружить в портретах Александра, а затем и в монетных изображениях многочисленных эллинистических правителей, подражавших образу Александра. Царский монетный портрет выполнялся в соответствии со строгим иконографическим каноном, где важное место занимал декорум. Так, известны несколько вариантов царского портрета (в диадеме, кавсии, шлеме, шкуре льва, лучистой короне и головном уборе в виде головы слона), каждый из которых обладал собственным символизмом. Весьма важным аспектом изучения нарративности монетного портрета является соотношение текста легенды и изображения. В монетном деле восточно-эллинистических монархий в период эллинизма происходит одновременно процесс художественной деградации портрета и увеличение текста легенды за счет включения божественных эпитетов правителя. Данный процесс демонстрирует смещение визуально-текстовых приоритетов: от имплицитного характера изобразительного нарратива к эксплицитному. Еще одним элементом художественного нарратива является изображение правителя в образе божества. Эта тенденция является отражением развивавшегося в эллинистическом мире культа правителя. Визуализированный вариант образа обожествленного монарха широко тиражировался на монетах.