?
Елена Грачева. Акварель / Альбом. Вступ. статья, комментарий к работам А. Е. Бочкарева. Нижний Новгород, 2018. 117 с.
Художественная вселенная Елены Грачевой
Изначально даны тюбики с акварельной краской, белая бумага верже или Гознак, сухая беличья кисть, баночка с водой... Без участия художника, без художественной воли это не более чем аморфный материал, пусть и таящий в себе скрытые потенциальные возможности. Только усилием художественной воли, направляющей движение кисти по бумаге, плоскость листа преобразуется во внутреннее пространство жизни, за наплывами краски встают очертания попавших в поле зрения предметов ‒ летящая по небу птица, куст сирени, желтые листья, кромка реки, уголок весеннего сада, уходящий вдаль косогор. Так в интенциональном переживании жизни как искусства, художественного процесса как акта творения рождается лист за листом художественная вселенная Елены Грачевой.
В попытках систематизировать довольно обширный материал все созданные автором произведения можно классифицировать в первом приближении по исключительно формальному критерию ‒ времени создания, месту, жанровой принадлежности, размеру, немаловажному с точки зрения формальной характеристики произведения, но малосущественному для понимания творчества. Ибо независимо от того, идет ли речь о пейзаже, натюрморте или интерьере, общим для всех акварелей Грачевой становится личностное отношение к материалу, сугубо личное переживание мотива, индивидуально-авторская манера письма. Отсюда весьма примечательная зрительская реакция. Рассматривая на выставке акварель с изображением листьев, деревьев или фруктов, никто не скажет: это желтые листья, это весенний пейзаж или это фрукты на восточном ковре, пусть словам вторит авторское название произведения, а скажут скорее: это Лена Грачева.
Определяющим здесь становится самое прикосновение, движение кисти, охватывающей натуру с первым прикосновением во всей целостности и динамике проявлений, но без излишних наплывов и наложений, дабы не «пересолить», не заглушить бумагу краской, а обыграв зернистую поверхность листа, сохранить свечение основы. При этом, несмотря на такие, казалось бы, известные свойства акварели, как спонтанность и стихийность, акварельная живопись Е. Грачевой далека от случайности и стихийности. Здесь нет нервного движения кисти, ни спорадических всполохов и наплывов краски, но сильно интеллектуальное начало, позволяющее построить изображение по законам классической живописи с предельно ясной композиционной схемой, гармонизированным чувством плоскости, цвета и формы.
Немаловажным фактором становится и выбор темы. Рассматривая многочисленные работы Елены Грачевой, задаешься невольно вопросом, чем руководствуется автор в выборе темы или мотива, почему в поле зрения попадают такие на первый взгляд разновеликие вещи ‒ и большое небо, и раскидистое дерево, и песчаный берег реки, и опавшие листья деревьев, и маленькая травинка, и перышко птицы. Такая разновеликость не случайна, а глубоко закономерна, поскольку позволяет, раздвинув рамки художественной вселенной, прочувствовать внутреннюю гармонию мира в единстве микро- и макрокосма.
В пейзажных зарисовках Елена Грачева работает, можно сказать, над одной темой, темой среднерусского пейзажа, с единственно возможными, пожалуй, только вариациями в размере листа, цветовых регистрах, временах года. Зима ли это или лето, высокое ли или низкое небо, плоская ли или слегка холмистая линия горизонта – всё говорит о подлинной эпичности изображения. При этом, несмотря на внешнюю простоту мотива, величавая монументальность образов природы достигается предельно обобщенными, но оттого не менее реальными формами, как и за счет обыгрываемых отношений между горизонталью земли и вертикалью неба. Здесь нет подробно выписанных деталей, как нет и суетливой повествовательности нарратива, но есть переживание обжитого пространства, ощущение духа места (genius loci), очищенного от всего случайного, второстепенного, суетливого. По сути, это сознательные, а порой и неосознанные поиски универсальной схемы национального пейзажа с философической установкой на извечность и незыблемость бытия с первоэлементами в виде неба, земли и воды.
