?
X СОКРАТИЧЕСКИЕ ЧТЕНИЯ РЕАЛЬНОСТЬ КАК СОЦИАЛЬНЫЕ ЭСТАФЕТЫ
Стало печальной традицией посвящать Сократические чте ния памяти тех активнейших их участников, которых больше нет с нами. Но Х Чтения даже не вполне вписываются в эту тради цию, поскольку посвящены памяти Михаила Александровича Розова (13.05.1930–29.01.2011), которому и принадлежит сама идея Сократических чтений (первые Сократические чтения по географии были проведены в 1993 г. в Ростове Великом). В от личие от большинства гносеологов, М.А. Розов придавал незна нию ничуть не меньшее значение, нежели знанию. Он не просто по ньютоновски ощущал себя мальчиком, играющим с галькой на берегу огромного океана неведомого. Для него только этот океан и придавал смысл самой игре.
Вероятно, за всю жизнь или, как минимум, за всю вторую ее половину, Розов палец о палец не ударил, чтобы подчеркнуть свою оригинальность, поскольку не испытывал в ней ни малей ших сомнений. Сократический дух питается высокими этически ми принципами науки, сформулированными в 1942 г. Робертом Кингом Мертоном (1910–2003). Это универсализм (все резуль таты должны быть воспроизводимы), коллективизм (все резуль таты поступают в коллективное пользование научного сообще ства), бескорыстие (наука должна быть для ученого целью, а не средством) и организованный скептицизм (все научные резуль таты должны подвергаться строгому критическому обсужде нию). Именно все эти четыре принципа, а не только последний, определяют направленность Чтений. Здесь нет места саморек ламе, недаром это встречи без галстуков, с самыми непринуж денными отношениями между участниками. Этот дух вполне проявился и на Х Сократических чтениях, состоявшихся в спор тивно оздоровительном лагере ЮФУ «Лиманчик» на берегу Черного моря. Надо сделать все возможное, чтобы он не угас. При этом элитарная демократия высокой науки оказалась удивительным образом созвучной китайской демократии мертвых. Последняя предполагает, что нынешнее поколение не вправе высокомерно распоряжаться великой страной только на том ос новании, что одних поколений уже нет, а других — еще нет. Его долг — сделать все, что в его силах, чтобы передать страну гря дущим поколениям в существенно лучшем виде, нежели тот, в котором оно само получило ее от предшественников. Это дает нам определенную надежду, ведь серьезная наука немыслима без ответственности перед прошлым и будущим.
