?
What is a Problem?
В чем же проблема? В чем состоит проблематичность проблемы, не важно, философской или любой другой? Проблематичность как источник утверждения и аподиктического суждения подвешивает такие категории, как необходимость и случайность, возможность и невозможность. И именно эта подвешенность является сущностью проблемы, в силу чего проблема вообще оказывается подвешиваемой. Но тогда насколько проблема проблематична? Настолько, насколько то, что подвешено, не проясняется и не исчезает, т. е. насколько подвешивание длится, продлевая тем самым проблему. Но что составляет проблематичность подвешивания? Как показывают размышления о языке, проблема подвешивания — это проблема импликации. Например, если бытие просто подразумевается, не будучи присутствующим или отсутствующим, тогда мы имеем дело с подвешиванием как присутствия, так и отсутствия, по крайней мере, пока эта альтернатива является проблематичной. И это говорит кое-что не только о языке; более того, это также имеет онтологические импликации в той мере, в какой речь идет о бытии вообще и о бытии чего угодно. Поскольку если бытие подразумевается, если в этом состоит проблема бытия, то это так, потому что бытие есть нечто подразумеваемое. Но что значит для бытия: не быть ни присутствием, ни отсутствием, но быть имплицитно данным? Это значит, что бытие дано в качестве проблематичного прежде, чем оно оказывается необходимым, или даже возможным. Ведь бытие характеризуется подвешиванием, которое имеет следствия для мышления и разговора о бытии, вопросах и проблемах, касающихся чего угодно. Это также влияет на то, что подразумевает бытие, а именно, на единство, время и выражение.