• A
  • A
  • A
  • АБB
  • АБB
  • АБB
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

Препринт

How Institutions Affect Development in Resource-Based Countries

нет . нет. Moscow Carnegie Center, 2017
Спустя более 20 лет после публикации пионерской статьи Джеффри Сакса и Эндрю Уорнера, доказывавшей, что ресурсное проклятие существует, ученые так и не пришли к консенсусу по этому вопросу. Однако мало кто сомневается, что на его тяжесть и сам факт наличия влияет институциональное развитие страны. Данное исследование пытается дать ответ на вопрос, какие институты лучше всего подходят для преодоления ресурсного проклятия.  Ресурсное проклятие создается природными ресурсами, которые приносят высокий рентный доход. Одни считают, что в первую очередь это нефть, другие — что по способности генерировать ренту она идет третьей после алмазов и цветных металлов. Важно различать ресурсную зависимость и ресурсное изобилие. Первое можно измерить, например, через долю природных ресурсов в экспорте страны, второе – через стоимость природного капитала на душу населения. Механизмы трансмиссии ресурсного изобилия в проклятие делят на макроэкономические и политэкономические. К первым относят «голландскую болезнь» и волатильность сырьевых цен, ко вторым – так называемую активность в поисках ренты, сопряженную с коррупций и высокими государственными расходами, а также возникновение авторитарных институтов и даже анархии. Когда большая часть ВВП страны генерируется через природную ренту, может возникнуть государство-рантье, для которого характерны завышенные государственные расходы во время ценового бума. Помимо экономических перекосов, у государства-рантье возникают и неполадки в функционировании гражданского общества.  Соответственно, хорошие институты — это те, что не позволяют поднимать голову гидре государства-рантье, то есть неэффективно тратить природную ренту. Диверсификация экономики и сглаживание волатильности не менее важны. Если говорить о научных исследованиях взаимозависимости институционального развития страны и ресурсного изобилия, то особого влияния изобилия на институты не выявлено, тогда как в другую сторону оно есть: слабые институты могут негативно влиять на преодоление ресурсного проклятия. Наиболее эффективными для преодоления проклятия институтами считаются сильная защита прав собственности, открытость экономики, низкий уровень коррупции и такие политические институты как подотчетность правительства и гарантии исполнения им контрактов. Помимо институтов важными факторами являются размер компаний экспортного сектора (меньше — лучше) и наличие сильного частного сектора. А гибкость фискальной политики и налогообложение средней тяжести создадут стимулы инвестировать и отведут угрозу национализации добывающего сектора в период высоких цен на сырье. Поскольку самым важным в борьбе с ресурсным проклятием является контроль за расходами бюджета во время бума, очень важно, чтобы бюджетная политика была контрцикличной. Иными словами, в «тучные» годы государство должно тратить меньше, чем зарабатывать, а в «тощие» — больше. Лучшим буффером между бюджетными расходами в хорошие и плохие годы являются стабилизационные фонды, а перераспределять рентные доходы между поколениями призваны фонды будущих поколений или суверенные фонды. Если раньше создание суверенных фондов удавалось только регионам и странам, где жило население с сильными индивидуалистическими традициями, то сейчас они более популярны. Для успешной работы фонда необходимо, чтобы его целевые траты, правила отчислений и изъятий, направления инвестиций и инструменты инвестирования были жестко прописаны. Активы фонда должны быть институционально защищены от разбазаривания, желательно на уровне конституции страны.  Преодоление ресурсного проклятия относится к типу задач, как решать которые примерно известно. Создание институтов и внедрение политик и инструментов, способствующих экономическому росту и диверсификации экономики, под силу стране с любым уровнем экономического развития при наличии политической воли. К сожалению, как сформировать эту волю является задачкой, ответ на которую скорее не известен.