• A
  • A
  • A
  • АБB
  • АБB
  • АБB
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

Глава

Социальный запрос на мораль: case pussy riot

С. 435-442.
Борусяк Л. Ф.

Проблема моральных ориентиров, четкого разграничения добра и зла, допустимого и недопустимого, границ дозволенного в современном российском обществе стоит очень остро. К сожалению, пока острота этой проблемы недостаточно воспринята нашей наукой, в том числе и социологической. Анализ дискуссий, проходящих на многочисленных интернет-порталах, показывает, что эта проблема относится как к сфере экзистенциальной, так и в особенности к бытовой. На семейных форумах их участники (преимущественно женщины, образованные представительницы среднего класса, жительницы Москвы, Санкт-Петербурга и других крупнейших городов) сетуют на то, что они не знают, как воспитывать своих детей, что им внушать и чему учить. В частности, что важнее, быть успешным в жизни, невзирая на способы достижения успеха, или цель не всегда оправдывает средства. Тема социальных норм поднимается регулярно, но с той же регулярностью оказывается, что нормы размыты, что границы допустимого и недопустимого переместились в более мягкую ценностную сферу, причем и моральные ценности как социальный регулятор активно проблематизируются преимущественно в связи с высокой их неопределенностью.

Социальный дискурс морального и аморального, допустимого и недопустимого резко активизировался в России в связи с событиями вокруг акции группы Pussy Riot, причем именно потому, что это была провокативная акция. В течение полугода – от того момента, как эта акция произошла и до августа 2012 г., т.е. когда закончился суд над участницами группы, информированность россиян об этом событии и интерес к нему существенно выросли. Если в апреле 2012 г. ничего о ней не слышала почти половина россиян, а внимательно следили за событиями лишь 4%, то в июле уже 3/4 жителей России знали об акции, а 10% внимательно следили за развитием ситуации. В августе, когда состоялся суд, тех, кто ничего об этом не слышал, стало совсем мало – 14%1, а количество следивших за событиями заметно возросло, затем произошел спад интереса, поскольку не было новых информационных поводов.