• A
  • A
  • A
  • АБB
  • АБB
  • АБB
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

Статья

"Свои" и "чужие" в русском провинциальном городе

В статье на основе эмпирических исследований рассмотрены  элементы социальной структуры российского провинциального общества в ракурсе дифференциации по оппозиционным категориям «своих» и «чужих» в местном обществе малого города. Введена и обоснована совокупность необходимых и достаточных критериев для признания местным сообществом отдельного человека или группы в качестве «своих». Такими критериями могут выступать: (1) длительность и (2) совместность проживания - соседство, (3) родство и отношения «свойства», (4) реципрокный альтруизм – взаимность отношений и клановость, (5) наличие локальных привилегий и контроль их, (6) нормативная  идентификация со «своими» - общинная ментальность. Не все критерии являются симметричными для категорий «свой» и «чужой».

Представлено эмпирическое обоснование значимых признаков «своего» и «чужого» в городском провинциальном обществе. Аналитические социологические процедуры позволяют выделить лишь внешние – временные и пространственные – признаки разделения на «своих» и «чужих». Феноменологический подход позволяет вскрыть глубинные, ментальные различения по степени близости людей в локальных сообществах.

Приведены материалы конкретных исследований локальной социальной дифференциации на оси «свои – чужие» на примерах нескольких давно сложившихся провинциальных обществ в центральной России и на Урале. Дифференциация на «своих» и «чужих» обусловлена преимущественно местной социальной и социально-экономической историей, в том числе современной, и в меньшей степени этно-историческими или демографическими (миграционными) факторами. Разнообразные факторы имеют значение для формирования группы «чужих» как неоднородной совокупности, всегда хорошо дифференцированной и дистанцируемой, что дополнительно способствует консолидации группы «своих». На нескольких примерах показаны способы образования и консолидации «своих»: (1) одномоментно как однородная родственно-соседская группа с дальнейшей длительной стабилизацией, (2) последовательного, на протяжении 2-3 поколений, включения и приятия (усвоения) всё новых групп «чужих» в составе местного общества, (3) селективное включение отдельных групп чужих в состав сложившегося и относительно закрытого местного общества и отторжение им иных групп. В наше время, как и прежде, «свои» в провинциальном обществе – однородная по многим популяционно-демографическим и социальным признакам группа, образованная местной популяцией с низким уровнем миграции, границы которой  простираются далеко за городскую черту, обычно охватывая большинство населения современного муниципального района, исторического преемника уезда. В статье на основе эмпирических исследований рассмотрены  элементы социальной структуры российского провинциального общества в ракурсе дифференциации по оппозиционным категориям «своих» и «чужих» в местном обществе малого города. Введена и обоснована совокупность необходимых и достаточных критериев для признания местным сообществом отдельного человека или группы в качестве «своих». Такими критериями могут выступать: (1) длительность и (2) совместность проживания - соседство, (3) родство и отношения «свойства», (4) реципрокный альтруизм – взаимность отношений и клановость, (5) наличие локальных привилегий и контроль их, (6) нормативная  идентификация со «своими» - общинная ментальность. Не все критерии являются симметричными для категорий «свой» и «чужой».

Представлено эмпирическое обоснование значимых признаков «своего» и «чужого» в городском провинциальном обществе. Аналитические социологические процедуры позволяют выделить лишь внешние – временные и пространственные – признаки разделения на «своих» и «чужих». Феноменологический подход позволяет вскрыть глубинные, ментальные различения по степени близости людей в локальных сообществах.

Приведены материалы конкретных исследований локальной социальной дифференциации на оси «свои – чужие» на примерах нескольких давно сложившихся провинциальных обществ в центральной России и на Урале. Дифференциация на «своих» и «чужих» обусловлена преимущественно местной социальной и социально-экономической историей, в том числе современной, и в меньшей степени этно-историческими или демографическими (миграционными) факторами. Разнообразные факторы имеют значение для формирования группы «чужих» как неоднородной совокупности, всегда хорошо дифференцированной и дистанцируемой, что дополнительно способствует консолидации группы «своих». На нескольких примерах показаны способы образования и консолидации «своих»: (1) одномоментно как однородная родственно-соседская группа с дальнейшей длительной стабилизацией, (2) последовательного, на протяжении 2-3 поколений, включения и приятия (усвоения) всё новых групп «чужих» в составе местного общества, (3) селективное включение отдельных групп чужих в состав сложившегося и относительно закрытого местного общества и отторжение им иных групп. В наше время, как и прежде, «свои» в провинциальном обществе – однородная по многим популяционно-демографическим и социальным признакам группа, образованная местной популяцией с низким уровнем миграции, границы которой  простираются далеко за городскую черту, обычно охватывая большинство населения современного муниципального района, исторического преемника уезда. В статье на основе эмпирических исследований рассмотрены  элементы социальной структуры российского провинциального общества в ракурсе дифференциации по оппозиционным категориям «своих» и «чужих» в местном обществе малого города. Введена и обоснована совокупность необходимых и достаточных критериев для признания местным сообществом отдельного человека или группы в качестве «своих». Такими критериями могут выступать: (1) длительность и (2) совместность проживания - соседство, (3) родство и отношения «свойства», (4) реципрокный альтруизм – взаимность отношений и клановость, (5) наличие локальных привилегий и контроль их, (6) нормативная  идентификация со «своими» - общинная ментальность. Не все критерии являются симметричными для категорий «свой» и «чужой».

Представлено эмпирическое обоснование значимых признаков «своего» и «чужого» в городском провинциальном обществе. Аналитические социологические процедуры позволяют выделить лишь внешние – временные и пространственные – признаки разделения на «своих» и «чужих». Феноменологический подход позволяет вскрыть глубинные, ментальные различения по степени близости людей в локальных сообществах.

Приведены материалы конкретных исследований локальной социальной дифференциации на оси «свои – чужие» на примерах нескольких давно сложившихся провинциальных обществ в центральной России и на Урале. Дифференциация на «своих» и «чужих» обусловлена преимущественно местной социальной и социально-экономической историей, в том числе современной, и в меньшей степени этно-историческими или демографическими (миграционными) факторами. Разнообразные факторы имеют значение для формирования группы «чужих» как неоднородной совокупности, всегда хорошо дифференцированной и дистанцируемой, что дополнительно способствует консолидации группы «своих». На нескольких примерах показаны способы образования и консолидации «своих»: (1) одномоментно как однородная родственно-соседская группа с дальнейшей длительной стабилизацией, (2) последовательного, на протяжении 2-3 поколений, включения и приятия (усвоения) всё новых групп «чужих» в составе местного общества, (3) селективное включение отдельных групп чужих в состав сложившегося и относительно закрытого местного общества и отторжение им иных групп. В наше время, как и прежде, «свои» в провинциальном обществе – однородная по многим популяционно-демографическим и социальным признакам группа, образованная местной популяцией с низким уровнем миграции, границы которой  простираются далеко за городскую черту, обычно охватывая большинство населения современного муниципального района, исторического преемника уезда.