?
Digitalization and the Anthropodicy Problem in Andrei Platonov’s Works.
Статья представляет попытку выявить главное содержание осмысления А. Платоновым антропологических следствий радикальной трансформации социального бытия в годы «Великого перелома». Это осмысление важно своим масштабом и глубиной. А. Платонов одним из первых обратил внимание на типологическую общность советского и германского тоталитаризма. Такая общность коренится не только и не столько в дизайне политических режимов. Наоборот – сам этот дизайн порожден возможностями бес- и вне-человеческого рационалистического активизма в массовом обществе. Тексты Платонова 1929–1934 гг. посвящены не столько массовому коллективизму, политике и социально-культурному переустройству, сколько антропологии, возможности переустройства человека как такового в его единстве с космосом. Главная идея этих текстов – единый универсальный способ бытия человека вообще, включая живых и мертвых. Платонов глубоко продумал и прочувствовал в этих текстах ясность полной пустоты бесчеловечности доктринерского рационалистического активизма, который принят в качестве практической максимы общечеловеческой воли. Этот корпус текстов представляет не антиутопию как некое представление о возможном будущем, а шок от столкновения с неожиданно наставшим неоднозначным будущим, тоску и страдания от попыток понять его. Попытки такого осмысления приводят к необходимости новой антроподицеи как оправдания бытия человека перед лицом его ненужности и исчерпанности. В этом плане результаты платоновского осмысления чрезвычайно актуальны применительно к анализу гуманитарных факторов и следствий современной цифровизации практически всех сфер жизни, а также в плане поиска новых оснований человеческого бытия в этих условиях. Творчество Платонова оказывается более актуальным, чем алармизм философов франкфуртской школы критической социальной философии и чем современные хорроризации цифровой постчеловечностью и трансгуманизмом. Актуальность эта обусловлена глубиной поднятых им тем и вопросов, содержание которых только начинает открываться в наши дни.