?
Риторический жанр приветственной речи в теории и практике поздней античности
В статье исследуется один из популярных в поздней Античности жанров эпидейктического красноречия — приветственная речь — в теоретическом и практическом аспектах. Риторический канон приветственных речей был подробно описан Менандром Лаодикейским (III в.) в трактате «Об эпидейктическом красноречии» и, очевидно, составлялся им на основании обширной ораторской литературы — как предшествующей, так и современной ритору. Представителем последней являлся, в частности, крупный оратор Второй софистики и хорошо известный Менандру Элий Аристид (II в.), о чем свидетельствуют неоднократные ссылки на оратора в некоторых местах упомянутого трактата. В настоящей статье детально рассматриваются — в том числе в сравнении с риторическим каноном Менандра — две «Смирнские речи» Аристида, подпадающие под категорию приветственных. Итог этого сопоставительного анализа состоит в том, что эти речи Аристида лишь отчасти соответствуют рекомендациям Менандра, касающимся составления приветственных речей. Более того, как по своей форме, так и по содержанию «Смирнские речи» Аристида обнаруживают гораздо большее сходство с другим жанром эпидейктического красноречия, а именно с жанром энкомия, также очень популярным в поздней Античности. Объяснение этого может заключаться в следующем. Существование определенного риторического канона еще не означало для оратора жесткой необходимости точно во всем ему следовать. Ораторы, хотя и были ограничены рамками существующей традиции, пользовались тем не менее достаточной свободой в выборе и компоновке материала. Набор топосов мог варьироваться в речах в зависимости от обстоятельств их произнесения, политического статуса адресата, а также целей и задач, которые стояли перед оратором. Так, оратор мог по своему усмотрению исключать из речи одни топосы, расширять другие и сокращать третьи. Чем выше был профессиональный уровень оратора и чем большим талантом он обладал, тем большей индивидуальности стиля и тем большего отклонения от канона от него можно было ожидать. Наконец, в эпоху Второй софистики энкомий становится практически универсальным жанром эпидейктического красноречия, чем может объясняться его сильное влияние на другие риторические жанры. В творчестве Элия Аристида, который на протяжении всей Античности считался выдающимся мастером энкомия, мы находим этому вполне очевидное подтверждение.