?
Регионоведение среди политических наук: вопросы институционализации и идентичности
Актуальность регионоведных исследований возрастает по мере того, как меняется мировой порядок, возникают и развиваются полицентричность, новые большие экономики, роль мирового большинства, стран и регионов его преобладания, а также его региональных и субрегиональных институтов. Пока в России культивировался «поворот на Запад», усугублялся дефицит специалистов по незападным регионам. После февраля 2022 года они стали заметно более востребованными, чаще появляются в поле общественных и академических дискуссий. Прояснилось и то, какой именно регионовед нужен стране в текущий политический момент – запрос существует как на теоретическое, так и на прикладное регионоведение. При этом регионоведение как отрасль науки и знания испытывает в России некоторые трудности с поисками научной идентичности и институализацииинституционализации, а, соответственно, и методологией, которые затрудняют его готовность удовлетворять данный запрос в полном объеме.
1. Особенность регионоведения как отрасли науки и знания прежде всего в том, что ее объект бинарен. И в русскоязычном варианте, и в английском аналоге (Area Studies) названия данной отрасли отражена одна часть объекта – это регион. Вторая часть объекта проясняется в каждом конкретном регионоведном исследовании, которое не может касаться всей совокупности социальных пространств всех стран региона в любом историческом периоде, напротив, сужает свою самоидентификацию до конкретного региона или до страны и до того из социальных пространств, которое изучает экономического, политического и т.д. Чем политологическое исследование отличается от исследования политики какого-то региона? Отсутствием региональной привязки, но сосредоточенностью на любом или всех страновых кейсах, где данное политическое событие, процесс, технология особенно интересно развиваются, или же отсутствием любой страновой или региональной привязки. Можно ли понимать регионоведа как политолога, глубоко изучающего и знающего регион? Да. И это первый тезис, который мне хотелось бы обсудить. Потому что, если мы с этим согласимся, станет понятно, что регионоведению не обязательно изобретать свою отдельную методологию. Занимаясь экономикой региона, можно операционализировать инструментарий экономической науки, занимаясь политикой региона – политической, и так далее.
2. Помимо бинарности объекта, существует ли иная специфика регионоведения как области науки и знания? Несмотря на то, что наши исследования, как правило, посвящены одному из социальных пространств, все они пронизаны объединяющей региональной спецификой. Регионовед не может быть одинаково глубоким специалистом и в политике, и в экономике, и во всех социальных пространствах своего региона, но занимается ими не изолированно, то есть хорошо знает всех из них. Для ряда незападных регионов регионоведу необходима ресурсозатратная языковая компетенция. Если для филолога и переводчика это центральная компетенция, для регионоведа – одна из, которая должна сочетаться со знаниями социума, экономики, политики, права, теоретических основ соответствующих наук, соседних и связанных одним регионом, геополитикой и прочими факторами со «страной изучаемого языка» субъектов, а также мирового контекста. Регионоведные исследования, касающиеся политики, занимаются не политическим институтом, процессом, технологией и т.д. вообще или в любых интересных странах, а политическим институтом, процессом, технологией, субъектами и т.д. в определенной стране/регионе и опосредованными данной страной/регионом. Методы и теории регионоведного исследования тоже зависят от того, какой регион и страну мы изучаем. Теории международных отношений, которые мы смело используем в исследованиях политического пространства стран и регионов, это западноцентричные теории. Поэтому развиваются дискуссии о трудностях их применения к незападным кейсам. Иногда специфика региона настолько своеобразна, что, например, дает возможность говорить об «Азии как методе», то есть о том, что исследования Азии (и других незападных регионов) требуют особенных методологических подходов. В академическом поле всё более энергичным становится голос незападных исследователей, которые, изучив всё, что изобрела и предложила западная политическая наука, смело развивают свои теории или адаптируют имеющиеся к другим странам и регионам. Этот учет региональных особенностей, изучение социальных пространств через призму региона, выбор теоретикометодологических оснований, подходящих региону, и составляет еще одну особенность регионоведных исследований. И это достаточное основание, чтобы настаивать на оригинальной идентичности регионоведения, выделив регионоведение как отдельную область социальных наук, отдельную от политических наук и любых других. Про междисциплинарность как особенность зарубежного регионоведения в таком случае даже не имеет смысла упоминать – это требование времени, которое реализуется во всех социальных дисциплинах.
