?
Церковь в Российской империи. От абсолютной к дуалистической монархии
В рамках абсолютной монархии церковь в России играла двойственную роль. С одной стороны, она имела господствующий характер по отношению к другим конфессиям как эксклюзивный сакральный институт, легитимирующий власть. С другой стороны, воспринималась государством как инструмент политики. Отсюда жесткий внешний контроль и утилитарный подход государства к церковной сфере. Государство рассматривало церковь с позиций общественной пользы и стремилось повысить ее эффективность в деле выполнения государственных задач. Указ Николая II от 17 апреля 1905 года «Об укреплении начал веротерпимости» стал либеральной реформой и одновременно односторонним решением еще сохранявшегося абсолютистского государства. Возникла парадоксальная ситуация – господствующая церковь находилась под более сильным контролем государства, чем ее конкуренты, и при этом в значительной степени утратила государственную поддержку в вопросе противодействия этим конкурентам. Апрельский указ и последовавший через полгода переход в результате издания Манифеста 17 октября (вводившего в том числе и свободу совести) к дуалистической монархии создали для церкви новую реальность. Она официально осталась «господствующей и первенствующей», но на практике стала только первенствующей. В этих условиях церковь как институт остается на стороне государства. Она делает ставку на защиту собственной идентичности и встраивание в политическую реакцию, проводимую под руководством П.А. Столыпина, рассматривая их как взаимосвязанные явления. Произошло ужесточение внутреннего контроля – лишение сана оппозиционных священников, ревизия духовно-учебных заведений с увольнением «неблагонадежных» преподавателей. В то же время государство отказалось от институционализации церковной автономии – восстановления соборного управления (с созывом Поместного собора) и патриаршества, снижения государственного контроля над церковью, реформирования прихода – повестки, которую отстаивало большинство иерархов в 1906 году. Монархия исходила из того, что может управлять церковью методами, присущими абсолютизму. В результате произошло снижение лояльности института, что сыграло ключевую роль в феврале 1917 года, – к этому времени монархия оказалась в беспрецедентной общественной изоляции, и церковь здесь не составляла исключения.