?
Подозрение, обвинение, (не)признание: сборка "блуда" в синодальном суде XVIII века
Изучение судебной и следственной практики в Российской империи XVIII века все чаще привлекает внимание к процедурам, с помощью которых собирались, оценивались и превращались в основу для принятия юридических решений доказательства. Однако способы, с помощью которых эти процедуры формировали значение отдельных категорий обвинения, остаются недостаточно изученными. В этой статье рассматривается расследование “,блуда” и “прелюбодеяния” в синодальном суде и задается вопрос о том, как подозрение в незаконных интимных отношениях превратилось в юридически значимое обвинение. Исследование основано на пятидесяти следственных делах, касающихся представителей духовенства с 1720-х по 1770-е годы, хранящихся в архивах Священного Синода и Московской синодальной канцелярии. Изучение последовательных этапов расследования, включая доносы, допросы, переписку между учреждениями, выписки и окончательные решения, позволяет проследить использование категории “блуда” в реформированной церковной судебной системе. Особое внимание уделяется делу о незаконных интимных отношениях настоятелей московских монастырей Феофила и Лаврентия, которое сравнивается с другими делами с целью выявления повторяющихся черт синодальной судебной практики. В статье показано, что “блуд” не был фактом, который просто был обнаружен следствием. Он был собран путем накопления и проверки свидетельских показаний, подозрений, признаний и документальных свидетельств. Расследование также может расширить первоначальное обвинение, включив в него более широкое “духовное дело”, включающее другие правонарушения и социальные конфликты. В ходе этого процесса частное подозрение трансформировалось в публичное свидетельство и судебное решение, а религиозно-нравственная категория “блуд” приобрела новое значение именно благодаря ее включению в практику судебной системы XVIII века.