?
Онтологический разрыв: когда Другой — алгоритм
В статье осуществляется социально-философский анализ ситуации, в которой место Другого в структуре субъективного опыта занимает алгоритмический агент, имитирующий понимание, но лишенный подлинной субъектности. Для исследования этой конфигурации автор обращается к психиатрической практике как к репрезентативному кейсу: именно здесь, в силу особой уязвимости самости и зависимости от признания, общие для цифровой эпохи процессы технологического опосредования становятся наиболее зримыми. В противовес доминирующему утилитарному подходу, ориентированному на клиническую эффективность, автор вводит концепт «онтологического разрыва» — конститутивного напряжения между ожиданием подлинной встречи и реальностью алгоритмической подстановки, между стремлением к признанию и принципиальной неспособностью симулирующего агента это признание осуществить. Опираясь на синтез нейронаучных данных, концепций распределенной субъективности и феноменологической психиатрии, автор демонстрирует, как онтологический разрыв материализуется в формах опыта, значимых для понимания трансформаций социальности в целом: парасоциальных связях с псевдосубъектом, алгоритмической объективации аффекта, цифровой деперсонализации и нарративной колонизации. На материале психиатрического кейса обосновывается гипотеза о связи технологически опосредованного взаимодействия с ростом агрессивного поведения: агрессия интерпретируется как экзистенциальный ответ на невозможность достижения взаимного признания — фундаментального условия социального бытия. Выявленная конфигурация — столкновение самости с онтологически неподлинным Другим — не ограничивается клиническим контекстом. Психиатрия выступает здесь в роли «увеличительного стекла», обнажающего общую логику трансформации субъективности в алгоритмическую эпоху. Это требует парадигмального сдвига в логике проектирования человеко-машинных интерфейсов: от создания «умных инструментов», максимизирующих эффективность, к разработке «идентичность-чувствительных» технологий, в архитектуру которых изначально заложена рефлексия над их формирующим воздействием на самость, а также задача сохранения целостности человеческого «Я» в процессе его неизбежной и необратимой гибридизации.