Юридическая хроника

Закон. 2025. № 1. С. 143–160.

Плешанова О. П., Филатова М. А., Степанов П., Крылова Н. Е., Дискин Е. И.

В целом ажиотаж вокруг вопроса блокировок понятен и во многом логичен. За истекший год было заблокировано много интернет-платформ — к их числу можно отнести не только YouTube, который после вопроса Президенту на прямой линии был полностью заблокирован и мобильными операторами, но и игровой сервис Discord, мессенджеры Signal и Viber, маркетплейс для покупки фото- и видеоконтента Envato Elements. В текущих геополитических условиях блокировки не стали чем-то совсем неожиданным, поскольку большинство иностранных интернет-платформ действительно, как об этом сказал Президент, «злоупотребляют Сетью для достижения политических целей своих правительств». Тем не менее, не оспаривая озвученный тезис, необходимо напомнить о том, что блокировки интернет-ресурсов с точки зрения Федерального закона от 27 июля 2006 года №  149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» не являются конечной целью и применяются для того, чтобы заставить тот или иной ресурс соблюдать российское законодательство. Однако мы раз за разом наблюдаем ситуацию, когда ресурсы не вступают во взаимодействие с Роскомнадзором и просто оставляют ситуацию в том виде, в котором она есть, т.е. остаются заблокированными в России.

Ключевые слова: киберправо, киберпространство, cyberspace, интернет-право, internet law, cyberspace law, blocking of Internet resources, regulation of access to Information, блокировки Интернет-ресурсов, регулирование оборота информации

ПУБЛИКАЦИЯ ПОДГОТОВЛЕНА ПО РЕЗУЛЬТАТАМ ПРОЕКТА: Взаимодействие гражданина и государства в условиях цифровой трансформации: политические, психологические, управленческие факторы и барьеры (2025)