?
Commentary on the EU General Court’s case T-797/22 of 2 October 2024 concerning the annulment of restrictive measures prohibiting the provision of legal advisory services to the Government of Russia and Russian-based entities: (Ordre néerlandais des avocats du barreau de Bruxelles and Others v Council of the European Union)
В комментарии проанализированы ключевые аспекты и практические последствия решения Суда общей юрисдикции ЕС по делу № T-797/22, касающегося законности ограничительных (санкционных) мер Европейского союза, запрещающих предоставление юридических консультационных услуг Правительству России и российским организациям. Несмотря на широкий охват этих мер, исключения позволяют оказывать юридические услуги, необходимые для осуществления права на защиту в судебных и административных разбирательствах; меры запрещают консультации, не связанные с юридическими спорами (например, помощь в заключении коммерческого контракта). Суд рассмотрел противоречия между приоритетами внешней политики (CFSP) и защитой прав человека в соответствии с Хартией основных прав ЕС (CFR), предпринял попытку согласовать эти интересы, разъяснив содержание ограничительных мер, и выделил критерии разграничения консультаций, связанных и не связанных с судебными или административными разбирательствами. Заявители утверждали, что ограничения нарушают право на получение юридической помощи, независимость юристов и верховенство права, однако Суд не счел эту позицию убедительной, отметив, что право ЕС не признает основного права на получение юридических консультаций вне контекста неизбежного или текущего судебного разбирательства, а «разрешительные положения» не подрывают профессиональную тайну или независимость юристов, поскольку не требуют раскрытия конфиденциальной информации национальным надзорным органам. Признавая, что такие ограничения могут налагать определенные ограничения на охраняемые законом права, Суд счел их соответствующими статье 52(1) CFR, допускающей ограничения при условии их пропорциональности и необходимости для достижения законных целей, опираясь на устоявшуюся судебную практику как Суда ЕС, так и Европейского суда по правам человека. Суд подчеркнул, что именно гарантии справедливого судебного разбирательства являются основным источником независимости юристов. Вынесенное решение может создать трудности для консалтинговых фирм и клиентов, включая риски чрезмерного соблюдения требований (overcompliance) и проблемы в проведении демаркационной линии между «спорными» и «неспорными» вопросами, особенно в отношении предварительной оценки вероятности судебного разбирательства; для решения этих проблем Совет ЕС мог бы внести дополнительные поправки в Регламент или разработать руководящие принципы для смягчения непредвиденных негативных последствий для рынка юридических услуг. Хотя апелляция все еще рассматривается в Европейском суде, благоприятный исход для заявителей представляется маловероятным.