?
Понятие «новое религиозное сознание» как политическое действие: к вопросу о влиянии идей Д. С. Мережковского на развитие философии Н. А. Бердяева
Целью настоящей статьи является выявление влияния идей Мережковского на развитие философии Бердяева с помощью методологии интеллектуальной истории и истории понятий. Автор показывает существующие в современных исследованиях расхождения в оценке места концепций, взятых Бердяевым из «нового религиозного сознания» Мережковского (критика аскетического христианства, «третий завет» и другие), в философии самого Бердяева: если одни исследователи оценивают эти концепции как всего лишь метафоры, то другие выделяют их как принципиальные для мысли Бердяева. По мнению автора, данная проблема оказывается производной от недостаточности используемой исследователями методологии, не позволяющей провести последовательную связь между контекстом и внутренней логикой философской мысли. Автор аргументирует, что решить эту проблему можно с помощью методологии интеллектуальной истории, рассматривающей философские тексты как действия (Скиннер), а концепты — как динамические, постоянно переопределяемые понятия, за содержание которых ведется политическая борьба (Люббе). Обрисовывая интеллектуальную историю «нового религиозного сознания», автор показывает, каким образом введенное Мережковским в работе «Л. Толстой и Достоевский» выражение становится понятием, переопределяемым в дискуссиях и используемым в полемическом ключе. Важную роль в данной конвертации сыграл Бердяев, развивающий «новое религиозное сознание» как последовательную концепцию. Сближаясь с группой Мережковского, Бердяев понимает «новое религиозное сознание» как связанное с идеями Мережковского, однако переопределяет его метафизическое содержание, наполняя последнее спиритуалистическим персонализмом, на что Мережковский отвечает согласием признать Бердяева главным философским теоретиком «нового религиозного сознания», если тот присоединится к религиозному и политическому проекту Мережковского. Хотя Бердяев дистанцируется от религиозной и политической практики семьи Мережковских, он тем не менее продолжает использовать выражение «новое религиозное сознание», при этом настаивая, что именно его концепция и является «новым религиозным сознанием». Законченное метафизическое учение, развивающее высказанные в более ранней полемике интуиции, Бердяев излагает в «Смысле творчества» (1916), публикация которого была однозначно воспринята кругом Мережковского как претензия Бердяева на переопределение «нового религиозного сознания». Автор делает вывод, что именно такой подход, рассматривающий «новое религиозное сознание» как политическое понятие, позволяет последовательно проследить влияние данного концепта на внутреннюю логику идейного развития Бердяева.