?
Герменевтика Я-неизвестного в «Исповеди» Августина
Статья посвящена мало исследованной в психологии личности проблеме Я-неизвестного. Автор обращается к «Исповеди» Аврелия Августина как источнику психологического знания о Я-неизвестном, обосновывает новые возможности данного текста для изучения личности. В исследовании Я-неизвестного применяется персонологическая методология, предполагающая единство референций к тексту культуры и его герменевтическому анализу, к теоретическому психологическому знанию о личности и к индивидуальному опыту самопознания, имеющему всечеловеческую ценность. Разработана и использована концептуальная модель герменевтики Я-неизвестного в тексте «Исповеди». С помощью данной модели осуществлены экспликация, анализ и синтез самовысказываний Августина, касающихся незнаемого Я. Представлена авторская рефлексивно-герменевтическая модель Я-неизвестного Аврелия Августина. Для обоснования научной новизны исследования рассмотрены основные направления изучения «Исповеди» в современных научных контекстах: философском, культурологическом, психологическом. В результате исследования получены новые герменевтические данные, указывающие на значительный вес темы Я-неизвестного в тексте «Исповеди»; на осмысление Августином незнания себя в различных областях внешней и внутренней жизни, в отношениях к себе, к другим и к высокозначимому Другому; на психологически утонченную феноменологию проживания Августином неизвестности себя; на многообразие ипостасей и структурных образующих Я, представляющих для Августина предметы, «фокусы» незнания; на индивидуальную и культурную ценность самопознания, осуществляемого в непрерывном рефлексивном диалоге с Богом как Другим; на глубину и интимность обращения Августина к Богу в качестве Ты как условие открытия неизвестности себя; на отношение Августина к Ты, полагаемому в качестве источника преодоления незнания себя и обновления самотождества Я; на достижение откровений о себе в вопрошании, мольбе и покаянии перед Ты; на такое богатство и предел самотождества и такое «самозавершение» в самопознании, при которых Я может «наполниться» и «слиться» с высшим Другим. Статья посвящена мало исследованной в психологии личности проблеме Я-неизвестного. Автор обращается к «Исповеди» Аврелия Августина как источнику психологического знания о Я-неизвестном, обосновывает новые возможности данного текста для изучения личности. В исследовании Я-неизвестного применяется персонологическая методология, предполагающая единство референций к тексту культуры и его герменевтическому анализу, к теоретическому психологическому знанию о личности и к индивидуальному опыту самопознания, имеющему всечеловеческую ценность. Разработана и использована концептуальная модель герменевтики Я-неизвестного в тексте «Исповеди». С помощью данной модели осуществлены экспликация, анализ и синтез самовысказываний Августина, касающихся незнаемого Я. Представлена авторская рефлексивно-герменевтическая модель Я-неизвестного Аврелия Августина. Для обоснования научной новизны исследования рассмотрены основные направления изучения «Исповеди» в современных научных контекстах: философском, культурологическом, психологическом. В результате исследования получены новые герменевтические данные, указывающие на значительный вес темы Я-неизвестного в тексте «Исповеди»; на осмысление Августином незнания себя в различных областях внешней и внутренней жизни, в отношениях к себе, к другим и к высокозначимому Другому; на психологически утонченную феноменологию проживания Августином неизвестности себя; на многообразие ипостасей и структурных образующих Я, представляющих для Августина предметы, «фокусы» незнания; на индивидуальную и культурную ценность самопознания, осуществляемого в непрерывном рефлексивном диалоге с Богом как Другим; на глубину и интимность обращения Августина к Богу в качестве Ты как условие открытия неизвестности себя; на отношение Августина к Ты, полагаемому в качестве источника преодоления незнания себя и обновления самотождества Я; на достижение откровений о себе в вопрошании, мольбе и покаянии перед Ты; на такое богатство и предел самотождества и такое «самозавершение» в самопознании, при которых Я может «наполниться» и «слиться» с высшим Другим. Статья посвящена мало исследованной в психологии личности проблеме Я-неизвестного. Автор обращается к «Исповеди» Аврелия Августина как источнику психологического знания о Я-неизвестном, обосновывает новые возможности данного текста для изучения личности. В исследовании Я-неизвестного применяется персонологическая методология, предполагающая единство референций к тексту культуры и его герменевтическому анализу, к теоретическому психологическому знанию о личности и к индивидуальному опыту самопознания, имеющему всечеловеческую ценность. Разработана и использована концептуальная модель герменевтики Я-неизвестного в тексте «Исповеди». С помощью данной модели осуществлены экспликация, анализ и синтез самовысказываний Августина, касающихся незнаемого Я. Представлена авторская рефлексивно-герменевтическая модель Я-неизвестного Аврелия Августина. Для обоснования научной новизны исследования рассмотрены основные направления изучения «Исповеди» в современных научных контекстах: философском, культурологическом, психологическом. В результате исследования получены новые герменевтические данные, указывающие на значительный вес темы Я-неизвестного в тексте «Исповеди»; на осмысление Августином незнания себя в различных областях внешней и внутренней жизни, в отношениях к себе, к другим и к высокозначимому Другому; на психологически утонченную феноменологию проживания Августином неизвестности себя; на многообразие ипостасей и структурных образующих Я, представляющих для Августина предметы, «фокусы» незнания; на индивидуальную и культурную ценность самопознания, осуществляемого в непрерывном рефлексивном диалоге с Богом как Другим; на глубину и интимность обращения Августина к Богу в качестве Ты как условие открытия неизвестности себя; на отношение Августина к Ты, полагаемому в качестве источника преодоления незнания себя и обновления самотождества Я; на достижение откровений о себе в вопрошании, мольбе и покаянии перед Ты; на такое богатство и предел самотождества и такое «самозавершение» в самопознании, при которых Я может «наполниться» и «слиться» с высшим Другим. Статья посвящена мало исследованной в психологии личности проблеме Я-неизвестного. Автор обращается к «Исповеди» Аврелия Августина как источнику психологического знания о Я-неизвестном, обосновывает новые возможности данного текста для изучения личности. В исследовании Я-неизвестного применяется персонологическая методология, предполагающая единство референций к тексту культуры и его герменевтическому анализу, к теоретическому психологическому знанию о личности и к индивидуальному опыту самопознания, имеющему всечеловеческую ценность. Разработана и использована концептуальная модель герменевтики Я-неизвестного в тексте «Исповеди». С помощью данной модели осуществлены экспликация, анализ и синтез самовысказываний Августина, касающихся незнаемого Я. Представлена авторская рефлексивно-герменевтическая модель Я-неизвестного Аврелия Августина. Для обоснования научной новизны исследования рассмотрены основные направления изучения «Исповеди» в современных научных контекстах: философском, культурологическом, психологическом. В результате исследования получены новые герменевтические данные, указывающие на значительный вес темы Я-неизвестного в тексте «Исповеди»; на осмысление Августином незнания себя в различных областях внешней и внутренней жизни, в отношениях к себе, к другим и к высокозначимому Другому; на психологически утонченную феноменологию проживания Августином неизвестности себя; на многообразие ипостасей и структурных образующих Я, представляющих для Августина предметы, «фокусы» незнания; на индивидуальную и культурную ценность самопознания, осуществляемого в непрерывном рефлексивном диалоге с Богом как Другим; на глубину и интимность обращения Августина к Богу в качестве Ты как условие открытия неизвестности себя; на отношение Августина к Ты, полагаемому в качестве источника преодоления незнания себя и обновления самотождества Я; на достижение откровений о себе в вопрошании, мольбе и покаянии перед Ты; на такое богатство и предел самотождества и такое «самозавершение» в самопознании, при которых Я может «наполниться» и «слиться» с высшим Другим. Статья посвящена мало исследованной в психологии личности проблеме Я-неизвестного. Автор обращается к «Исповеди» Аврелия Августина как источнику психологического знания о Я-неизвестном, обосновывает новые возможности данного текста для изучения личности. В исследовании Я-неизвестного применяется персонологическая методология, предполагающая единство референций к тексту культуры и его герменевтическому анализу, к теоретическому психологическому знанию о личности и к индивидуальному опыту самопознания, имеющему всечеловеческую ценность. Разработана и использована концептуальная модель герменевтики Я-неизвестного в тексте «Исповеди». С помощью данной модели осуществлены экспликация, анализ и синтез самовысказываний Августина, касающихся незнаемого Я. Представлена авторская рефлексивно-герменевтическая модель Я-неизвестного Аврелия Августина. Для обоснования научной новизны исследования рассмотрены основные направления изучения «Исповеди» в современных научных контекстах: философском, культурологическом, психологическом. В результате исследования получены новые герменевтические данные, указывающие на значительный вес темы Я-неизвестного в тексте «Исповеди»; на осмысление Августином незнания себя в различных областях внешней и внутренней жизни, в отношениях к себе, к другим и к высокозначимому Другому; на психологически утонченную феноменологию проживания Августином неизвестности себя; на многообразие ипостасей и структурных образующих Я, представляющих для Августина предметы, «фокусы» незнания; на индивидуальную и культурную ценность самопознания, осуществляемого в непрерывном рефлексивном диалоге с Богом как Другим; на глубину и интимность обращения Августина к Богу в качестве Ты как условие открытия неизвестности себя; на отношение Августина к Ты, полагаемому в качестве источника преодоления незнания себя и обновления самотождества Я; на достижение откровений о себе в вопрошании, мольбе и покаянии перед Ты; на такое богатство и предел самотождества и такое «самозавершение» в самопознании, при которых Я может «наполниться» и «слиться» с высшим Другим. Статья посвящена мало исследованной в психологии личности проблеме Я-неизвестного. Автор обращается к «Исповеди» Аврелия Августина как источнику психологического знания о Я-неизвестном, обосновывает новые возможности данного текста для изучения личности. В исследовании Я-неизвестного применяется персонологическая методология, предполагающая единство референций к тексту культуры и его герменевтическому анализу, к теоретическому психологическому знанию о личности и к индивидуальному опыту самопознания, имеющему всечеловеческую ценность. Разработана и использована концептуальная модель герменевтики Я-неизвестного в тексте «Исповеди». С помощью данной модели осуществлены экспликация, анализ и синтез самовысказываний Августина, касающихся незнаемого Я. Представлена авторская рефлексивно-герменевтическая модель Я-неизвестного Аврелия Августина. Для обоснования научной новизны исследования рассмотрены основные направления изучения «Исповеди» в современных научных контекстах: философском, культурологическом, психологическом. В результате исследования получены новые герменевтические данные, указывающие на значительный вес темы Я-неизвестного в тексте «Исповеди»; на осмысление Августином незнания себя в различных областях внешней и внутренней жизни, в отношениях к себе, к другим и к высокозначимому Другому; на психологически утонченную феноменологию проживания Августином неизвестности себя; на многообразие ипостасей и структурных образующих Я, представляющих для Августина предметы, «фокусы» незнания; на индивидуальную и культурную ценность самопознания, осуществляемого в непрерывном рефлексивном диалоге с Богом как Другим; на глубину и интимность обращения Августина к Богу в качестве Ты как условие открытия неизвестности себя; на отношение Августина к Ты, полагаемому в качестве источника преодоления незнания себя и обновления самотождества Я; на достижение откровений о себе в вопрошании, мольбе и покаянии перед Ты; на такое богатство и предел самотождества и такое «самозавершение» в самопознании, при которых Я может «наполниться» и «слиться» с высшим Другим. Статья посвящена мало исследованной в психологии личности проблеме Я-неизвестного. Автор обращается к «Исповеди» Аврелия Августина как источнику психологического знания о Я-неизвестном, обосновывает новые возможности данного текста для изучения личности. В исследовании Я-неизвестного применяется персонологическая методология, предполагающая единство референций к тексту культуры и его герменевтическому анализу, к теоретическому психологическому знанию о личности и к индивидуальному опыту самопознания, имеющему всечеловеческую ценность. Разработана и использована концептуальная модель герменевтики Я-неизвестного в тексте «Исповеди». С помощью данной модели осуществлены экспликация, анализ и синтез самовысказываний Августина, касающихся незнаемого Я. Представлена авторская рефлексивно-герменевтическая модель Я-неизвестного Аврелия Августина. Для обоснования научной новизны исследования рассмотрены основные направления изучения «Исповеди» в современных научных контекстах: философском, культурологическом, психологическом. В результате исследования получены новые герменевтические данные, указывающие на значительный вес темы Я-неизвестного в тексте «Исповеди»; на осмысление Августином незнания себя в различных областях внешней и внутренней жизни, в отношениях к себе, к другим и к высокозначимому Другому; на психологически утонченную феноменологию проживания Августином неизвестности себя; на многообразие ипостасей и структурных образующих Я, представляющих для Августина предметы, «фокусы» незнания; на индивидуальную и культурную ценность самопознания, осуществляемого в непрерывном рефлексивном диалоге с Богом как Другим; на глубину и интимность обращения Августина к Богу в качестве Ты как условие открытия неизвестности себя; на отношение Августина к Ты, полагаемому в качестве источника преодоления незнания себя и обновления самотождества Я; на достижение откровений о себе в вопрошании, мольбе и покаянии перед Ты; на такое богатство и предел самотождества и такое «самозавершение» в самопознании, при которых Я может «наполниться» и «слиться» с высшим Другим. Статья посвящена мало исследованной в психологии личности проблеме Я-неизвестного. Автор обращается к «Исповеди» Аврелия Августина как источнику психологического знания о Я-неизвестном, обосновывает новые возможности данного текста для изучения личности. В исследовании Я-неизвестного применяется персонологическая методология, предполагающая единство референций к тексту культуры и его герменевтическому анализу, к теоретическому психологическому знанию о личности и к индивидуальному опыту самопознания, имеющему всечеловеческую ценность. Разработана и использована концептуальная модель герменевтики Я-неизвестного в тексте «Исповеди». С помощью данной модели осуществлены экспликация, анализ и синтез самовысказываний Августина, касающихся незнаемого Я. Представлена авторская рефлексивно-герменевтическая модель Я-неизвестного Аврелия Августина. Для обоснования научной новизны исследования рассмотрены основные направления изучения «Исповеди» в современных научных контекстах: философском, культурологическом, психологическом. В результате исследования получены новые герменевтические данные, указывающие на значительный вес темы Я-неизвестного в тексте «Исповеди»; на осмысление Августином незнания себя в различных областях внешней и внутренней жизни, в отношениях к себе, к другим и к высокозначимому Другому; на психологически утонченную феноменологию проживания Августином неизвестности себя; на многообразие ипостасей и структурных образующих Я, представляющих для Августина предметы, «фокусы» незнания; на индивидуальную и культурную ценность самопознания, осуществляемого в непрерывном рефлексивном диалоге с Богом как Другим; на глубину и интимность обращения Августина к Богу в качестве Ты как условие открытия неизвестности себя; на отношение Августина к Ты, полагаемому в качестве источника преодоления незнания себя и обновления самотождества Я; на достижение откровений о себе в вопрошании, мольбе и покаянии перед Ты; на такое богатство и предел самотождества и такое «самозавершение» в самопознании, при которых Я может «наполниться» и «слиться» с высшим Другим. Статья посвящена мало исследованной в психологии личности проблеме Я-неизвестного. Автор обращается к «Исповеди» Аврелия Августина как источнику психологического знания о Я-неизвестном, обосновывает новые возможности данного текста для изучения личности. В исследовании Я-неизвестного применяется персонологическая методология, предполагающая единство референций к тексту культуры и его герменевтическому анализу, к теоретическому психологическому знанию о личности и к индивидуальному опыту самопознания, имеющему всечеловеческую ценность. Разработана и использована концептуальная модель герменевтики Я-неизвестного в тексте «Исповеди». С помощью данной модели осуществлены экспликация, анализ и синтез самовысказываний Августина, касающихся незнаемого Я. Представлена авторская рефлексивно-герменевтическая модель Я-неизвестного Аврелия Августина. Для обоснования научной новизны исследования рассмотрены основные направления изучения «Исповеди» в современных научных контекстах: философском, культурологическом, психологическом. В результате исследования получены новые герменевтические данные, указывающие на значительный вес темы Я-неизвестного в тексте «Исповеди»; на осмысление Августином незнания себя в различных областях внешней и внутренней жизни, в отношениях к себе, к другим и к высокозначимому Другому; на психологически утонченную феноменологию проживания Августином неизвестности себя; на многообразие ипостасей и структурных образующих Я, представляющих для Августина предметы, «фокусы» незнания; на индивидуальную и культурную ценность самопознания, осуществляемого в непрерывном рефлексивном диалоге с Богом как Другим; на глубину и интимность обращения Августина к Богу в качестве Ты как условие открытия неизвестности себя; на отношение Августина к Ты, полагаемому в качестве источника преодоления незнания себя и обновления самотождества Я; на достижение откровений о себе в вопрошании, мольбе и покаянии перед Ты; на такое богатство и предел самотождества и такое «самозавершение» в самопознании, при которых Я может «наполниться» и «слиться» с высшим Другим. Статья посвящена мало исследованной в психологии личности проблеме Я-неизвестного. Автор обращается к «Исповеди» Аврелия Августина как источнику психологического знания о Я-неизвестном, обосновывает новые возможности данного текста для изучения личности. В исследовании Я-неизвестного применяется персонологическая методология, предполагающая единство референций к тексту культуры и его герменевтическому анализу, к теоретическому психологическому знанию о личности и к индивидуальному опыту самопознания, имеющему всечеловеческую ценность. Разработана и использована концептуальная модель герменевтики Я-неизвестного в тексте «Исповеди». С помощью данной модели осуществлены экспликация, анализ и синтез самовысказываний Августина, касающихся незнаемого Я. Представлена авторская рефлексивно-герменевтическая модель Я-неизвестного Аврелия Августина. Для обоснования научной новизны исследования рассмотрены основные направления изучения «Исповеди» в современных научных контекстах: философском, культурологическом, психологическом. В результате исследования получены новые герменевтические данные, указывающие на значительный вес темы Я-неизвестного в тексте «Исповеди»; на осмысление Августином незнания себя в различных областях внешней и внутренней жизни, в отношениях к себе, к другим и к высокозначимому Другому; на психологически утонченную феноменологию проживания Августином неизвестности себя; на многообразие ипостасей и структурных образующих Я, представляющих для Августина предметы, «фокусы» незнания; на индивидуальную и культурную ценность самопознания, осуществляемого в непрерывном рефлексивном диалоге с Богом как Другим; на глубину и интимность обращения Августина к Богу в качестве Ты как условие открытия неизвестности себя; на отношение Августина к Ты, полагаемому в качестве источника преодоления незнания себя и обновления самотождества Я; на достижение откровений о себе в вопрошании, мольбе и покаянии перед Ты; на такое богатство и предел самотождества и такое «самозавершение» в самопознании, при которых Я может «наполниться» и «слиться» с высшим Другим. Статья посвящена мало исследованной в психологии личности проблеме Я-неизвестного. Автор обращается к «Исповеди» Аврелия Августина как источнику психологического знания о Я-неизвестном, обосновывает новые возможности данного текста для изучения личности. В исследовании Я-неизвестного применяется персонологическая методология, предполагающая единство референций к тексту культуры и его герменевтическому анализу, к теоретическому психологическому знанию о личности и к индивидуальному опыту самопознания, имеющему всечеловеческую ценность. Разработана и использована концептуальная модель герменевтики Я-неизвестного в тексте «Исповеди». С помощью данной модели осуществлены экспликация, анализ и синтез самовысказываний Августина, касающихся незнаемого Я. Представлена авторская рефлексивно-герменевтическая модель Я-неизвестного Аврелия Августина. Для обоснования научной новизны исследования рассмотрены основные направления изучения «Исповеди» в современных научных контекстах: философском, культурологическом, психологическом. В результате исследования получены новые герменевтические данные, указывающие на значительный вес темы Я-неизвестного в тексте «Исповеди»; на осмысление Августином незнания себя в различных областях внешней и внутренней жизни, в отношениях к себе, к другим и к высокозначимому Другому; на психологически утонченную феноменологию проживания Августином неизвестности себя; на многообразие ипостасей и структурных образующих Я, представляющих для Августина предметы, «фокусы» незнания; на индивидуальную и культурную ценность самопознания, осуществляемого в непрерывном рефлексивном диалоге с Богом как Другим; на глубину и интимность обращения Августина к Богу в качестве Ты как условие открытия неизвестности себя; на отношение Августина к Ты, полагаемому в качестве источника преодоления незнания себя и обновления самотождества Я; на достижение откровений о себе в вопрошании, мольбе и покаянии перед Ты; на такое богатство и предел самотождества и такое «самозавершение» в самопознании, при которых Я может «наполниться» и «слиться» с высшим Другим. Статья посвящена мало исследованной в психологии личности проблеме Я-неизвестного. Автор обращается к «Исповеди» Аврелия Августина как источнику психологического знания о Я-неизвестном, обосновывает новые возможности данного текста для изучения личности. В исследовании Я-неизвестного применяется персонологическая методология, предполагающая единство референций к тексту культуры и его герменевтическому анализу, к теоретическому психологическому знанию о личности и к индивидуальному опыту самопознания, имеющему всечеловеческую ценность. Разработана и использована концептуальная модель герменевтики Я-неизвестного в тексте «Исповеди». С помощью данной модели осуществлены экспликация, анализ и синтез самовысказываний Августина, касающихся незнаемого Я. Представлена авторская рефлексивно-герменевтическая модель Я-неизвестного Аврелия Августина. Для обоснования научной новизны исследования рассмотрены основные направления изучения «Исповеди» в современных научных контекстах: философском, культурологическом, психологическом. В результате исследования получены новые герменевтические данные, указывающие на значительный вес темы Я-неизвестного в тексте «Исповеди»; на осмысление Августином незнания себя в различных областях внешней и внутренней жизни, в отношениях к себе, к другим и к высокозначимому Другому; на психологически утонченную феноменологию проживания Августином неизвестности себя; на многообразие ипостасей и структурных образующих Я, представляющих для Августина предметы, «фокусы» незнания; на индивидуальную и культурную ценность самопознания, осуществляемого в непрерывном рефлексивном диалоге с Богом как Другим; на глубину и интимность обращения Августина к Богу в качестве Ты как условие открытия неизвестности себя; на отношение Августина к Ты, полагаемому в качестве источника преодоления незнания себя и обновления самотождества Я; на достижение откровений о себе в вопрошании, мольбе и покаянии перед Ты; на такое богатство и предел самотождества и такое «самозавершение» в самопознании, при которых Я может «наполниться» и «слиться» с высшим Другим. Статья посвящена мало исследованной в психологии личности проблеме Я-неизвестного. Автор обращается к «Исповеди» Аврелия Августина как источнику психологического знания о Я-неизвестном, обосновывает новые возможности данного текста для изучения личности. В исследовании Я-неизвестного применяется персонологическая методология, предполагающая единство референций к тексту культуры и его герменевтическому анализу, к теоретическому психологическому знанию о личности и к индивидуальному опыту самопознания, имеющему всечеловеческую ценность. Разработана и использована концептуальная модель герменевтики Я-неизвестного в тексте «Исповеди». С помощью данной модели осуществлены экспликация, анализ и синтез самовысказываний Августина, касающихся незнаемого Я. Представлена авторская рефлексивно-герменевтическая модель Я-неизвестного Аврелия Августина. Для обоснования научной новизны исследования рассмотрены основные направления изучения «Исповеди» в современных научных контекстах: философском, культурологическом, психологическом. В результате исследования получены новые герменевтические данные, указывающие на значительный вес темы Я-неизвестного в тексте «Исповеди»; на осмысление Августином незнания себя в различных областях внешней и внутренней жизни, в отношениях к себе, к другим и к высокозначимому Другому; на психологически утонченную феноменологию проживания Августином неизвестности себя; на многообразие ипостасей и структурных образующих Я, представляющих для Августина предметы, «фокусы» незнания; на индивидуальную и культурную ценность самопознания, осуществляемого в непрерывном рефлексивном диалоге с Богом как Другим; на глубину и интимность обращения Августина к Богу в качестве Ты как условие открытия неизвестности себя; на отношение Августина к Ты, полагаемому в качестве источника преодоления незнания себя и обновления самотождества Я; на достижение откровений о себе в вопрошании, мольбе и покаянии перед Ты; на такое богатство и предел самотождества и такое «самозавершение» в самопознании, при которых Я может «наполниться» и «слиться» с высшим Другим. Статья посвящена мало исследованной в психологии личности проблеме Я-неизвестного. Автор обращается к «Исповеди» Аврелия Августина как источнику психологического знания о Я-неизвестном, обосновывает новые возможности данного текста для изучения личности. В исследовании Я-неизвестного применяется персонологическая методология, предполагающая единство референций к тексту культуры и его герменевтическому анализу, к теоретическому психологическому знанию о личности и к индивидуальному опыту самопознания, имеющему всечеловеческую ценность. Разработана и использована концептуальная модель герменевтики Я-неизвестного в тексте «Исповеди». С помощью данной модели осуществлены экспликация, анализ и синтез самовысказываний Августина, касающихся незнаемого Я. Представлена авторская рефлексивно-герменевтическая модель Я-неизвестного Аврелия Августина. Для обоснования научной новизны исследования рассмотрены основные направления изучения «Исповеди» в современных научных контекстах: философском, культурологическом, психологическом. В результате исследования получены новые герменевтические данные, указывающие на значительный вес темы Я-неизвестного в тексте «Исповеди»; на осмысление Августином незнания себя в различных областях внешней и внутренней жизни, в отношениях к себе, к другим и к высокозначимому Другому; на психологически утонченную феноменологию проживания Августином неизвестности себя; на многообразие ипостасей и структурных образующих Я, представляющих для Августина предметы, «фокусы» незнания; на индивидуальную и культурную ценность самопознания, осуществляемого в непрерывном рефлексивном диалоге с Богом как Другим; на глубину и интимность обращения Августина к Богу в качестве Ты как условие открытия неизвестности себя; на отношение Августина к Ты, полагаемому в качестве источника преодоления незнания себя и обновления самотождества Я; на достижение откровений о себе в вопрошании, мольбе и покаянии перед Ты; на такое богатство и предел самотождества и такое «самозавершение» в самопознании, при которых Я может «наполниться» и «слиться» с высшим Другим.