Антонина Софронова и след символизма в советском искусстве 1930-1940-х

Плунгян Н. В.

Отклоняя привычное представление об Антонине Софроновой как о второстепенной фигуре конструктивистской эпохи, можно яснее видеть неочевидные истоки искусства сороковых, восходящие к символистам и неоромантикам. Такой угол зрения объясняет многие грани творчества художницы, которым пока не уделялось должного внимания – холодная печаль и отстраненность ее моделей, интерес к Андрею Белому и Александру Грину, наконец, ее собственные поэтические опыты. Декоративность композиций Софроновой в синтезе со свободным «сквозным» письмом, работа по памяти, прерывистые мелкие мазки, неяркий и сверкающий тон картины во многом напоминают о «нерешительной палитре» Пьера Боннара. Действительно, опыт французских символистов в 1940-х еще не был исчерпан, тем более, что многие набиды  прожили долгую жизнь (Эдуарда Вюйяра не стало в 1940, Кер-Ксавье Русселя – в 1944, а сам Пьер Боннар умер в 1947). Впрочем, думаю, работу Софроновой будет более точно сопоставить не столько с Боннаром, сколько с его последователями, какими были ее современниками из группы Блумсберри  –  Ванесса Белл, Дункан Грант и Дора Каррингтон.

Ключевые слова: русский авангард, английский модернизм, советская живопись, Искусство европейского и русского модернизма, история советского искусства

В книге

Антонина Софронова. Живопись. Графика. В 2 т.

Ельшевская Г., Белохвостова Н., Балашов А., Плунгян Н. В. Т. 2: Живопись. , М.: Издательство ЗАО "2К", 2020.