?
Правовые акты Русской митрополии при Константине I (1156—1159 гг.)
Статья посвящена правовым актам, имевшим место в Русской
Церкви при митрополите Константине I (1156—1159 гг.). Детально проана-
лизированы данные летописных источников, из которых следует, что сразу
по прибытии в Киев Константин провел митрополичий собор, занявший
ригористическую позицию по отношению к Климу Смолятичу, неканонич-
ному (с точки зрения Константинополя) предшественнику Константина,
и его наследию: были демонстративно низложены все ставленники Клима;
его патрон, великий князь Изяслав Мстиславич, как и, видимо, сам Клим
были подвергнуты анафеме; кафедральный собор Киева был, вероятно,
переосвящен. Резкость Константина вскоре проявила себе также в истории
со смещением Ростовского епископа Нестора и заменой его на грека Лео-
на; как показано в статье, возможной причиной этого шага была невыплата
Нестором долга, накопившегося за период митрополичества Клима. Жест-
кий характер правовых действий Константина I должен был восполнить
десятилетний правовой вакуум в Русской Церкви, возникший из-за отъ-
езда митрополита Михаила и избрания Клима Смолятича. При этом Кон-
стантин вполне демонстрировал и способность лавировать в зависимости
от складывающихся обстоятельств: так, те из клириков Киева и окрестно-
стей, кто был рукоположен Климом, но затем письменно отверг его, смог-
ли заново получить у Константина отнятый было сан. Митрополит также
включился в княжескую политику: он преподал Юрию Долгорукому тор-
жественное благословение на княжение, тем самым встав у истоков этой
традиции на Руси, вмешался в судьбу Ивана Берладника. Однако итогом
предпринятых Константином Ι действий стали сначала тяжелейший иерар-
хический кризис в Ростово-Суздальской епархии, продолжавшийся — на
фоне притязаний местного князя Андрея Боголюбского на создание от-
дельной митрополии — до 1169 г., затем бегство самого Константина из Ки-
ева, а в конце концов — волнения в масштабах Русской Церкви в целом в
ходе спора о постах в 1160-е гг. Тем самым, ригоризм позиции Константи-
на оказался сильнее его способностей к поиску компромиссов, что следу-
ет объяснять как особенностями личности самого Константина — яркого
представителя интеллектуальной элиты Константинополя и одновременно
строгого аскета, — так и экстренным характером его миссии, связанной с
восстановлением контроля Патриархии над Русской Церковью.