• A
  • A
  • A
  • АБB
  • АБB
  • АБB
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта
Найдено 67 публикаций
Сортировка:
по названию
по году
Статья
Gifford R., Scannell L., Kormos S. et al. Journal of Environmental Psychology. 2009. Vol. 29. No. 1. P. 1-12.
Добавлено: 4 октября 2018
Статья
Thomas G. O., Sautkina E., Poortinga W. et al. Frontiers in Psychology. 2019. No. 10:266. P. 1-12.
Добавлено: 31 января 2019
Статья
Chan Russell Weili, Immink M. A., Lushington K. Consciousness and Cognition. 2017. Vol. 55. P. 11-25.

Cognitive control processes influence how motor sequence information is utilised and represented. Since cognitive control processes are shared amongst goal-oriented tasks, motor sequence learning and performance might be influenced by preceding cognitive tasks such as focused- attention meditation (FAM). Prior to a serial reaction time task (SRTT), participants completed either a single-session of FAM, a single-session of FAM followed by delay (FAM+) or no meditation (CONTROL). Relative to CONTROL, FAM benefitted performance in early, random-ordered blocks. However, across subsequent sequence learning blocks, FAM+ supported the highest levels of performance improvement resulting in superior performance at the end of the SRTT. Performance following FAM+ demonstrated greater reliance on embedded sequence structures than FAM. These findings illustrate that increased top-down control immediately after FAM biases the implementation of stimulus-based planning. Introduction of a delay following FAM relaxes top-down control allowing for implementation of response-based planning resulting in sequence learning benefits.

Добавлено: 1 ноября 2018
Статья
Ola B. Journal of Population and Social Studies. 2018. Vol. Volume 26 Number 4, October 2018: 281 - 304 DOI: 10.25133/JPSSv26n4.020. No. Number 4. P. 281-304.
Добавлено: 19 ноября 2018
Статья
Koroleva D. Russian Education and Society. 2018. Vol. 60 . No. 5. P. 422-438.

The article investigates the accessibility of mobile and networking technologies to schoolchildren of different ages living in various areas and how they use these technologies. The author considers the potential ways in which modern technologies can be used in education. The potential benefits of such technologies are particularly promising for rural schools. The article comments on the modern trend to create a seamless educational environment on the basis of e-learning.

Добавлено: 13 сентября 2018
Статья
Goodwin D., Cummins S., Sautkina E. et al. Journal of Epidemiology and Community Health. 2012. Vol. 67. P. 106-112.
Добавлено: 4 октября 2018
Статья
Babkina T., Peshkovskaya A. G., Kulikov I. A. et al. Plos One. 2017. Vol. 12. No. 4. P. 1-15.
Добавлено: 1 июня 2018
Статья
Thomas G., Poortinga W., Sautkina E. Journal of Environmental Psychology. 2016. Vol. 47. P. 126-135.
Добавлено: 3 октября 2018
Статья
Tanis K. Studies in Russian and Soviet Cinema. 2019. No. 3. P. 1-15.
Добавлено: 29 марта 2019
Статья
Pavel A. Novikov, Maria A. Nazarova, Vadim V. Nikulin. Frontiers in Human Neuroscience. 2018. Vol. 12. No. 239. P. 1-12.
Добавлено: 15 июня 2018
Статья
Leydesdorff L., Johnson M., Ivanova I. Journal of the Association for Information Science and Technology. 2018. Vol. 69. No. 10. P. 1181-1192.
Добавлено: 3 сентября 2018
Статья
Grigoryev D., Jurcik T., Batkhina A. et al. Russian Psychological Journal. 2018. Vol. 15. No. 2/1. P. 117-130.
Добавлено: 22 сентября 2018
Статья
Grigoryev D., Batkhina A., van de Vijver F. et al. Journal of International Migration and Integration. 2019.

We integrated models of discrimination of immigrants by combining established approaches to prejudice and discrimination towards immigrants (proximate explanations) using assumptions of Evolutionary-Coalitional Theory (ultimate explanations). Based on this perspective, right-wing authoritarianism (RWA), social dominance orientation (SDO), and multicultural ideology (MCI) were considered as sociofunctional motives for attitudes towards immigrants. We examined relationships between individual differences in beliefs about the social world (dangerous worldview and competitive worldview) as more distal antecedents, and RWA, SDO, and MCI as more proximal antecedents, and the endorsement of discrimination of immigrants in the socioeconomic domain by Russian majority group members as the outcome. Data were collected among 576 participants from 33 regions in Russia, using online social media. MCI predicted endorsement of discrimination of immigrants by Russian majority group members better than did RWA and SDO. SDO predicted only economic aspects of the endorsement of discrimination. The results are discussed within the Russian context, with its ethnically diverse composition of the population and high migration rates.

Добавлено: 16 марта 2019
Статья
Filippova M., Gorbunov I., Chan Russell Weili et al. International Journal of Psychophysiology. 2018. Vol. 131. No. S. P. 148-148.

Ambiguity plays an important role in our everyday cognitive experience. Since the 1980s, the neural bases for the perception of ambiguous information have been investigated but remains poorly understood. In our previous research, an increase of the N400 ERP component was found to be a common response for the perception of two different types of ambiguous stimuli: “canned” verbal jokes and ambiguous figures (Shcherbakova, Filippova, 2016; Filippova, Shcherbakova, Shtyrov, 2018). The current experiment aimed to understand the relationship between the error related negativity (ERN) component arising from jokes and ambiguous figures mistaken for non-humoristic texts and non-ambiguous figures.

Fourteen participants (9 females) went through two similar experimental procedures with 36 ambiguous and 36 non-ambiguous figures; 14 verbal jokes and 14 similar but non-humoristic short stories. Firstly, participants were presented with figures of both types and asked to identify whether each figure was ambiguous or non-ambiguous. We recorded ERPs that were timelocked to each answer about ambiguity/non-ambiguity of the figure presented. Secondly, participants were presented with the verbal stories and asked to identify whether each story was a joke or not. In this case, ERPs were time-locked to each answer about the key phrase of a joke/non-joke presented word-by-word on the computer screen after the whole text.

But we found an increase of the ERPs’ negativity in ambiguous figures that were mistaken for non-ambiguous ones in the ERN time window (Fz (F(3,622) = 12,6; p b 0.00) and Cz (F(3,625) = 6,96; p b 0.00)). Also, the results revealed no increase of the ERPs’ negativity in verbal jokes that were mistaken for non-jokes in the ERN time window. The results show that participants appeared to be sensitive (without awareness) to ambiguous figures that were identified as non-ambiguous ones. The level of this unconscious sensitivity is therefore reflected by the increases in negativity.

When a participant cannot correctly identify ambiguous stimulus at a conscious level, increases in negativity may be indexing greater violations of incongruence within an internal representation of meaning. These violations may precede semantic reversion of ambiguous figures and the understanding of a joke’s meaning.

Supported by RFBR (Dpt of Humanities and Social Sciences) grant #17-06-01014 А and RFBR grant #18-013-01086.

Добавлено: 1 ноября 2018
Статья
Proskuryakova L. N. Journal of Environmental Management. 2018. Vol. 223. P. 203-214.

The energy security theories are based on the premises of sufficient and reliable supply of fossil fuels at affordable prices in centralized supply systems. Policy-makers and company chief executives develop energy security strategies based on the energy security theories and definitions that dominate in the research and policy discourse. It is therefore of utmost importance that scientists revisit these theories in line with the latest changes in the energy industry: the rapid advancement of renewables and smart grid, decentralization of energy systems, new environmental and climate challenges. The study examines the classic energy security concepts (neorealism, neoliberalism, constructivism and international political economy) and assesses if energy technology changes are taken into consideration. This is done through integrative literature review, comparative analysis, identification of ‘international relations’ and ‘energy’ research discourse with the use of big data, and case studies of Germany, China, and Russia. The paper offers suggestions for revision of energy security concepts through integration of future technology considerations.

Добавлено: 7 июня 2018
Статья
Майорова К. С. Городские исследования и практики. 2017. Т. 2. № 4. С. 11-19.

Цель данной статьи — проследить историю становления саунд-стадиз и эксплицировать их связь с исследованиями города и градостроительными практиками. Менее чем за полвека своего существования исследования звука прошли через докритическую и критическую стадии развития и оформились в постдисциплинарное исследовательское направление «саунд-стадиз». Изначально укорененные в городской проблематике, исследования звука могут рассматриваться как своего рода альтернативная (невизуальная) ветвь городских исследований. Поэтому сегодня саунд-стадиз представляют собой ресурс для преодоления ограничений визуальной культуры. Ресурс, пренебрегать которым в контексте актуальных тенденций и международной повестки городских исследований было бы слишком недальновидно.

Добавлено: 31 октября 2018
Статья
Bogolyubova O., Tikhonov R., Ivanov V. et al. Journal of Interpersonal Violence. 2017.

Exposure to violence has been shown to negatively affect mental health and well-being. The goal of this Facebook-based study was to describe the rates of exposure to violence in a sample of Russian adults and to assess the impact of these experiences on subjective well-being and victimization-related psychological distress. Three types of victimization were assessed: physical assault by a stranger, physical assault by someone known to victim, and nonconsensual sexual experiences. The 5-item World Health Organization Well-Being Index (WHO-5) was used to assess subjective well-being, and Primary Care PTSD Screen (PC-PTSD) was employed as an indicator of victimization-related psychological distress. Data were obtained from 6,724 Russian-speaking Facebook users. Significant levels of lifetime victimization were reported by the study participants. Lifetime physical assault by a stranger, physical assault by someone known to victim, and sexual assault were reported by 56.9%, 64.2%, and 54.1% of respondents, respectively. Respondents exposed to violence were more likely to report posttraumatic stress symptoms and lower levels of subjective well-being. Participants who were exposed to at least one type of violence were more likely to experience symptoms of traumatic stress (U = 1,794,250.50, p < .001, d = 0.35). Exposure to multiple forms of violence was associated with more severe traumatic stress symptoms (rs = .257, p < .001). Well-being scores were significantly lower among participants exposed to violence (t = 8.37, p < .001, d = 0.31). The study demonstrated that violence exposure is associated with reduced well-being among Russian adults. Our findings highlight the negative impact of violence exposure on subjective well-being and underscore the necessity to develop programs addressing violence exposure in Russian populations.

Добавлено: 18 февраля 2019
Статья
Chan Weili, Immink M. A., Hillier S. Alternative Therapies in Health and Medicine. 2012. Vol. 18. No. 3. P. 34-43.

CONTEXT: Mood disorders are prevalent in people after stroke, and a disorder's onset can exacerbate stroke-related disabilities. While evidence supports the mental-health benefits of participation in exercise and yoga, it is unknown whether such benefits extend to a population with poststroke hemiparesis.

OBJECTIVE: The study investigated whether supplementing exercise with participation in a yoga program would provide further improvements in self-reported symptoms of depression and anxiety in a chronic poststroke population, and it also assessed trial feasibility for future studies.

DESIGN: The research team designed a randomized, controlled pilot trial that included an exercise-only group (EX, control) and a yoga-and-exercise group (YEX, intervention).

SETTING: The study took place at the Centre for Physical Activity in Ageing an exercise rehabilitation and activity center at the Royal Adelaide Hospital in South Australia.

PARTICIPANTS: The participants included 14 individuals with chronic poststroke hemiparesis: eight in the intervention group and six in the control group.

INTERVENTIONS: The YEX group participated in a 6-week standardized program that included yoga in weekly group sessions and home practice in addition to exercise in a weekly group class. The EX group participated only in the group exercise class weekly for 6 weeks.

OUTCOME MEASURES: The research team assessed self-reported symptoms of depression using the Geriatric Depression Scale (GDS15) and symptoms of anxiety and negative affect using the State Trait Anxiety Inventory (STAI). The team based the feasibility evaluation on recruitment outcomes, retention of participants, participants' compliance with the intervention program, and the safety of the intervention.

RESULTS: Changes in depression and state and trait anxiety did not significantly differ between intervention groups (GDS15 P=.749, STAI-Y1, P=.595, STAI-Y2, P=.407). Comparison of individuals' case results indicated clinically relevant improvements in both groups, although members of the intervention group had greater improvements. Participants reported no adverse events, and the study experienced high retention of participants and high compliance in the yoga program.

CONCLUSIONS: This pilot study provides preliminary data on the effects of yoga combined with exercise to influence mood poststroke. It is a feasible, safe, and acceptable intervention, and the field requires additional investigations with a larger sample size.

Добавлено: 1 ноября 2018
Статья
Белова Ю. Ю. Вектор науки Тольяттинского государственного университета. 2017. Т. 42. № 4. С. 171-176.

В современном российском обществе не утихают дискуссии о развернувшейся в последнее десятилетие борьбе с алкогольной угрозой. В частности, критике подвергается рестриктивный характер антиалкогольных законодательных мер. В качестве альтернативы предлагаются мягкие способы противодействия алкоголизации общества, например профилактика. В то же время рестриктивная политика государства активно совершенствуется, ее изменения поддерживаются большинством населения, а результаты в целом положительно оцениваются научным сообществом. Напротив, стратегия социальной превенции осталась без внимания как на уровне государственной политики, так и на уровне социальных институтов, а ее бессилие становится все более очевидным фактом. Цель статьи – на примере содержания профилактических программ университетов продемонстрировать состояние системы алкогольной превенции в России и оценить его относительно нынешнего состояния рестриктивной антиалкогольной политики. В связи с этим статья представляет собой критический обзор стратегий современной антиалкогольной политики в России. Особое внимание уделено функционированию системы социальной превенции алкоголизации населения в контексте реализации мер социальной рестрикции. Выявлены глубокие проблемы и противоречия, как в сфере организации профилактики, так и в сфере подготовки кадров превентологического профиля. Показано, что Россия еще не готова переключиться на превентивную модель преодоления пьянства. Сделан вывод, что требуется не только срочное активное социальное вмешательство в сложившуюся систему профилактики алкоголизации населения, но и существенный пересмотр, модернизация, а также разработка и применение инновационных форм профилактической деятельности. Использование потенциала общественных организаций и общественно-профессиональный контроль внедрения превентивных технологий – еще один способ улучшения ситуации.

Добавлено: 26 сентября 2018
Статья
Фомин И. В., Силаев Н. Ю. Полис. Политические исследования. 2018. № 3. С. 78-92.

Статья посвящена анализу дискурсивных практик армянского национализма, проявившихся в ходе острого политического кризиса, который был вызван террористическим актом вооруженной группы “Сасна Црер” в Ереване в июле 2016 г. На базе разбора 316 сообщений СМИ, содержащих высказывания о “Сасна Црер” представителей армянского политического класса, были определены группы (“коалиции”) спикеров, которые использовали одну из трех основных дискурсивных стратегий представления “Сасна Црер”: 1) стратегию одобрения, 2) стратегию оправдания или 3) стратегию осуждения. Посредством построения карт социальных связей проанализирован состав участников и структура каждой из трех “коалиций”. “Коалиция осуждения” в основном включала в себя представителей исполнительной власти и правящей парламентской коалиции. В “коалицию одобрения” вошли представители либеральных и националистических политических партий и неправительственных организаций, представители армянской диаспоры, часть ветеранов карабахской войны, деятели культуры. По результатам количественного анализа зафиксировано доминирование в дискурсе “коалиции одобрения”. В совокупности с “коалицией оправдания” она почти вытеснила стратегию осуждения из дискурса о “Сасна Црер”. “Интерпретативная битва” (в терминологии Р. Брубейкера) за то или иное обозначение действий вооруженной группы была проиграна правящими кругами Армении. При этом в дискурсе о “Сасна Црер” проявились два соперничающих фрейма: этатистский (дискурсивная стратегия осуждения) и контрэтатистский (дискурсивные стратегии одобрения и оправдания). Два эти фрейма напрямую соотносятся с двумя типами националистических доктрин и движений, предложенных Р. Брубейкером: “государственно-фреймированным” и “контргосударственным”. Парадокс в том, что в изучаемом случае два этих типа национализма обращаются к одной и той же нации – к армянской. Хотя еще Б. Андерсон обращал внимание на двойственную природу национализма как силы одновременно революционной и стабилизирующей политический порядок, в случае с Арменией эта двойственность национализма сопровождается особой констелляцией различных видов капитала по П. Бурдьё. Анализ дискурса о “Сасна Црер” показывает, что обладатели экономического и политического капитала не могут конвертировать его в капитал символический, так как этому препятствует слабость этатистского фрейма о нации. Однако носители символического капитала, которые дискурсивно позиционируют себя через контрэтатистский фрейм, лишены капитала политического и экономического.

Добавлено: 30 июня 2018
Статья
Евстафьев Д. Г. Геополитика и экогеодинамика регионов. 2019. Т. 5. № 1. С. 22-33.

Торможение глобализационных процессов, в особенности в сфере выравнивания социальных стандартов создает условия для новой актуализации цивилизационных противоречий. Преждевременно говорить о формировании полноценных цивилизационных разломов, но их линии уже намечаются. Гражданская война в Сирии существенно ускорила процесс формирования этих расколов и показала механизмы их формирования. Это напрямую затрагивает проблематику развития Новой Евразии. Структура и механизмы развития этих проторазломов существенно отличаются от моделей, ранее описывавшихся в фундаментальных исследованиях. Они включают в себя, в том числе, и значимые компоненты, порожденные современным состоянием мировой политической и экономической системы. Главным фактором в развитии цивилизационных проторазломов становится изменение характера социальных институтов и социальных связей. Этот аспект исключительно важен для интересов и безопасности России и благоприятного развития социально-политических процессов в Евразии.

Добавлено: 12 апреля 2019