• A
  • A
  • A
  • АБB
  • АБB
  • АБB
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта
Найдено 239 публикаций
Сортировка:
по названию
по году
Статья
Мельвиль А. Ю. Полис. Политические исследования. 2009. № 4. С. 84-99.
Добавлено: 28 января 2010
Статья
Туровский Р. Ф. Полис. Политические исследования. 2015. № 2. С. 35-51.

Институт местного самоуправления в России рассматривается в данной статье с точки зрения модели “принципал-агент”, которую автор считает наиболее релевантной для исследования современных тенденций государственно-муниципальных отношений. Автор приходит к выводу о том, что местное самоуправление не выполняет имманентные ему функции агента локального сообщества и вместо этого стало агентом государственной власти, как федеральной, так и региональной. Исследование доходной базы и расходной политики местного самоуправления показало, что принципал ограничивает финансовую самостоятельность своего агента и не располагает возможностями для обеспечения его достаточными ресурсами с помощью бюджетных трансфертов. В результате полномочия агента фактически сужаются, примером чего стали прекращение работы местного самоуправления в сфере здравоохранения и снижение финансирования жилищно-коммунального хозяйства. Изучение наиболее благополучной части местного самоуправления – городских округов и, в частности, региональных столиц – выявило снижение их финансовой автономии. В этих условиях закономерным стало фактическое подчинение городов региональной власти по модели сити-менеджера. В последние годы в результате как отмены прямых выборов мэров, так и вмешательства губернаторов в прямые выборы там, где они проводились, произошла замена практически всех муниципальных руководителей, прежде всего – представителей оппозиционных партий и сильных локальных групп влияния. Во многих случаях к власти в городах пришли непосредственные выходцы из региональной исполнительной власти. Превращение городских администраций в филиалы региональных правительств, с одной стороны, соответствует финансово-экономическим реалиям, но, с другой стороны, окончательно лишает институт местного самоуправления связи с местным сообществом.

Добавлено: 23 апреля 2020
Статья
Сунгуров А. Ю., Карягин М. Е. Полис. Политические исследования. 2017. № 3. С. 144-159.

В статье рассматриваются основные модели взаимодействия властных институтов и представителей экспертного сообщества: линейно- автономная, модель “добродетельного разума”, а также предложенная авторами “модель оплаченного результата”. При проведении исследования реализовано десять поездок в российские регионы, в ходе которых авторы взяли около сорока экспертных интервью с представителями экспертного сообщества, исполнительной и представительной власти, неправительственных организаций и СМИ. Кроме того, в четырех городах (Екатеринбург, Казань, Калининград, Нижний Новгород) были организованы фокус-группы, состав которых формировался аналогично составу респондентов экспертных интервью. Показано, что в современных российских условиях в рамках деятельности экспертно-консультативных советов, создаваемых при органах власти регионального уровня, реализуется преимущественно символическая функция экспертного знания. Это можно объяснить тем, что в состав подобных советов приглашаются в основном “статусные” эксперты, занимающие руководящие позиции в иерархиях российских университетов или институтов РАН. В условиях публичной деятельности таких советов в большинстве случаев их члены готовы “играть одну игру” с представителями региональной власти, подтверждая эффективность деятельности этой власти, в том числе и отсутствие в регионе серьезных нерешенных проблем. Инструментальная же функция реализуется в основном в виде отдельных заказов структур исполнительной власти экспертам в рамках линейно-автономной модели, когда эксперты готовят свои заключения и рекомендации полностью автономно, а затем представители власти (также автономно от экспертов) принимают решения с учетом полученной информации.

Добавлено: 9 октября 2017
Статья
Мельвиль А. Ю., Тимофеев И. Н. Полис. Политические исследования. 2008. № 4. С. 66-85.
Добавлено: 1 апреля 2010
Статья
Лукин В. П., Ознобищев С. К. Полис. Политические исследования. 2018. № 6. С. 180-188.

Статья является откликом на вышедшую в свет фундаментальную работу ряда видных специалистов МГИМО МИД России “Внешняя политика России (1991-2016)”, выполненную под руководством академика А. Торкунова. Авторы статьи продолжают и развивают содержащийся в книге всесторонний анализ внешней политики России на основных направлениях. Констатируя факт “кончины” биполярного и несостоятельность однополярного мира под эгидой единственной страны – США, авторы предостерегают против эйфории происходящего в наше время перехода к миру многополюсному. Они указывают на ухудшение управляемости нарождающегося миропорядка, появление в нем, на фоне сохранения традиционных, также и новых угроз миру и безопасности. При этом снижаются возможности и уровень координации государств по борьбе с ними. Особую озабоченность вызывает банализация отношения “политического класса” ряда стран к проблеме применимости ядерного оружия, возрождение обманчивой уверенности в возможности управления эскалацией при его применении. Глубокую тревогу вызывает состояние контроля над вооружениями, который находится в тупике. На этом фоне утверждается влияние и рост значимости России и Китая, которые нацелены на пересмотр, ревизию сложившегося соотношения сил в мире. На пространстве бывшего СССР и с участием новых независимых государств возникают международные объединения, которые в перспективе должны работать во взаимодействии с соответствующими институтами западных стран. Нынешнее обострение отношений между Россией и странами Запада, в особенности – между Москвой и Вашингтоном, серьезно подрывает возможности по упрочению нового миропорядка, снижает вероятность укрепления безопасности в мире. Однако ориентация российской политики только на восточное направление ослабит ее конкурентные позиции в мире. Дальнейший рост конфронтации не отвечает долгосрочным интересам ключевых участников мирового процесса

Добавлено: 7 ноября 2018
Статья
Лукин А. В. Полис. Политические исследования. 2020. № 5. С. 46-59.

Китай и Россия – основные движущие силы евразийской интеграции. Россия продолжает политику “поворота на Восток”, в то время как Китай в русле своей инициативы “Один пояс – один путь” движется на Запад. Интересы России и Китая встретились в Евразии, и их дружеские отношения привели к формированию ряда проектов сотрудничества. Наиболее важными из них являются процесс интеграции между Евразийским экономическим союзом и Инициативой Экономического пояса Шелкового пути, а также план по созданию более широкого Евразийского экономического партнерства, или Большой Евразии. В данной статье рассматриваются причины, побудившие две страны активизировать сотрудничество в Евразии, его нынешнее состояние и перспективы.

Добавлено: 20 сентября 2020
Статья
Долгов А. Ю., Ефременко Д. В., Евсеева Я. В. Полис. Политические исследования. 2017. № 5. С. 24-42.

В статье рассматриваются проблемы социально-политических трансформаций в России в конце 1980-х – начале 2000-х годов. Анализируются исторические развилки, прохождение которых обусловило катастрофу советского государства и становление неопатримониализма в постсоветской России. Проблематика институционального строительства, дихотомия “структура / агентность”, роль сетевых взаимодействий обсуждаются в теоретическом контексте политической онтологии. Авторы рассматривают крушение советского государства и коммунистического режима в качестве катастрофы сложной системы, включавшей идеологические, символические, организационные, материально-технические компоненты. Показано, что социальная и политическая динамика эпохи перестройки в целом соответствует той логике, которая приводит к наступлению “критического момента” для функционирования системы. Советская система была пронизана множеством неформальных сетевых взаимодействий, обеспечивавших циркуляцию и перераспределение ресурсов. Эти взаимодействия в конечном счете трансформировали сущность системы, адаптировали официальные идеологические установки и репрессивные практики к жизненным реалиям позднего советизма. В результате к моменту распада СССР сложилась весьма неустойчивая институциональная констелляция, в которой неформальные институты выступали преимущественно в роли механизмов, корректирующих действие институтов формальных. В 1990-е годы политические акторы предпочитали использовать неформальные институты как эффективный инструмент с точки зрения минимизации трансакционных издержек, достижения краткосрочных и среднесрочных целей. Требования “возврата государства” на исходе 1990-х годов во многом были связаны с тем, что дальнейшая экспансия неформальных институтов и отношений из механизма редукции неопределенности могла трансформироваться в источник генерации новых социальных рисков. В целом режимная трансформация на рубеже 1990-2000-х годов может рассматриваться как преодоление критической фазы постсоветского развития и наступление исторически длительного этапа, характеризующегося достижением относительного баланса между иерархией и сетями, формальными и неформальными институтами, агентностью и структурой. 

Добавлено: 2 октября 2018
Статья
Гринин Л. Е. Полис. Политические исследования. 2017. С. 138-155.

Русская революция круто изменила историю нашей страны, да и мира в целом. Вокруг причин, ее породивших, существует великое множество теорий и мнений. С одной стороны, ее невозможно понять вне особенностей социально- исторического развития российского общества и конкретных исторических обстоятельств. С другой – революциями с Нового времени “переболели” многие страны. Автор анализирует русскую революцию в связи с тенденциями всемирно- исторического процесса, выделяет некоторые общие причины революций и показывает, как эти причины преломились в нашей истории; сопоставляя русскую революцию с другими крупными революциями, как в плане сходства, так и особенностей. Это дает возможность ответить на вопросы: была ли русская революция неизбежной; были ли неизбежны столь радикальные социальные преобразования, которые имели место в первый период советской истории, или нет? Центральная тема настоящей работы – соотношение революции и модернизации, тех взаимосвязей, опасностей и ловушек, которые возникают вследствие ускоренного развития общества и могут вести к революциям. Начиная с Нового времени в основе революций в большинстве случаев лежат серьезные диспропорции в развитии общества, которые появились в результате ускоренной модернизации. Эти диспропорции усиливаются быстрым ростом населения, особенно резким увеличением доли горожан в его структуре. В статье показывается, как и почему революции происходят в период после некоторого (порой длительного) повышения уровня жизни населения и роста завышенных ожиданий, а также почему революции возможны именно в экономически успешных обществах, каким была предреволюционная Россия. Делается вывод, что революции на том или ином этапе модернизации – скорее закономерность, чем случайность. Автор рассматривает механизм, в результате которого общество попадет в ловушки особого рода – модернизационные. Если мальтузианская ловушка связана с отставанием производительных сил от темпов роста населения и в целом недостаточным динамизмом изменений, то модернизационная ловушка, напротив – с чрезмерно быстрыми изменениями, за которыми ряд важнейших отношений и институтов общества не поспевает. В России сложился особый тип модернизационной ловушки – мальтузианско-марксова ловушка. 

Добавлено: 23 октября 2017
Статья
Медушевский А. Н. Полис. Политические исследования. 2013. № 1. С. 164-169.

Автор отмечает, что новая монография под редакцией А.С. Тумановой «Самоорганизация российской общественности в последней трети XVIII – начале XX в.» представляет собой комплексное исследование таких вопросов, как моральная позиция гражданского общества, уровень социальной солидарности составляющих его слоев, адекватность его институциональной структуры для решения вопросов устойчивого развития и модернизации, степень осознания либеральной интеллигенцией своей исторической миссии. Монография отличается оригинальностью научного подхода, богатством эмпирического содержания и имеет существенное значение для российской историографии.

 

Добавлено: 18 февраля 2013
Статья
Козырева П. М., Смирнов А. И. Полис. Политические исследования. 2013. № 5. С. 27-40.

В статье на основании данных Российского мониторинга социально-экономического положения и здоровья населения (RLMS-HSE) рассматривается динамика политических предпочтений россиян, прослеживается изменение уровня поддержки демократических процессов и институтов. Как свидетельствуют результаты мониторинга, между 2000 г. и 2012 г. отношение россиян к институтам и практикам демократического общества оставалось неопределенным и в значительной мере непоследовательным, однако, внимание к проблемам становления современной демократии и поддержка демократических идей, ценностей и процедур постепенно увеличивались. Повышение общей удовлетворенности своей жизнью и рост социального оптимизма в 2000 х гг. явно сопровождались артикуляцией запроса на демократические институты. При этом в 2012 г. чуть более 25% респондентов оптимистически оценивали демократические перспективы развития России, 23,5% относились к перспективам развития российской демократии со скептицизмом, а более трети опрошенных (33,9%) считали, что Россия уже является демократической страной. 

Добавлено: 2 июня 2014
Статья
Фомин И. В. Полис. Политические исследования. 2015. № 2. С. 72-84.

Статья посвящена рассмотрению семиотики и меметики в качестве двух теоретико-методологических конструкций, каждая из которых по-своему может претендовать на то, чтобы стать трансдисциплинарным методологическим фундаментом для гуманитарных наук. Семиотика с ее теоретико-методологическими концепциями, позволяющими препарировать отнюдь не только тексты на естественных языках, но и вообще любую знаково оформленную действительность, в перспективе может сыграть для гуманитарных наук ту же роль, какую для естественных играет математика. Но в настоящий момент семиотические методы исследований существуют только как россыпь отдельных приемов, которые разбросаны по различным дисциплинам, школам, направлениям72 и исследовательским традициям. Для того чтобы семиотика в полной мере стала интегрирующей методологией, пронизывающие это пространство базовыесемиотические концепции должны быть с этой точки зрения отрефлексированы. При этом понятие знака, выступающее в качестве базового концепта для семиотики, отнюдь не является единственными претендентом на роль элементарной категории описания осмысленного человеком мира. В различных попытках описания форм, обеспечивающих существование, развитие и воспроизводство человеческой культуры, мы сталкиваемся с целым набором концептов (миф, образ, идея, метафора и т.п.), которые представляются схожими, но при этом всегда оставляют пространство для сомнений в своей тождественности, а потому продолжают существовать параллельно. Одно из самых молодых таких слов - мем. Из мемов, согласно концепции меметики (науки о мемах), состоит любая культурная информация, точно так же, как биологическая информация состоит из генов. Однако может ли меметика пойти дальше этого своего исходного наблюдения? Можно ли ее использовать как действующий аналитический инструмент? Может ли меметика быть дополнена семиотикой и в чем? Каковы сильные и слабые стороны этих двух теоретико-методологических рамок?

Добавлено: 23 сентября 2017
Статья
Ахременко А. С., Стукал Д. К., Петров А. П. Полис. Политические исследования. 2020. № 2. С. 73-91.

Социальные сети способны аккумулировать и концентрировать протестный потенциал, который может затем выплескиваться на улицу. Сетевые связи между индивидами в онлайн-среде родственны связям в физической реальности, и их структура способна оказывать влияние на распространение как информации о протесте, так и протестного поведения. Цифровые платформы способны выступать центральными площадками формулирования коллективных целей и идентичностей. Эти, полученные ранее, результаты стали отправной точкой нашего исследования, сосредоточенного в его эмпирической части на венесуэльском сегменте сети Твиттер.

«Элементарными единицами» протестной активности в Твиттере являются отдельные сообщения (твиты), некоторые из которых многократно ретвитятся и достигают аудитории национального масштаба. Вероятнее всего, именно эти, наиболее популярные твиты играют наибольшую роль в формировании протестного потенциала.

Но какие твиты становятся популярными? Те, что написаны авторами, занимающими лучшую позицию в сетевой структуре, или те, которые имеют более яркое, насыщенное содержание? Мы формализовали эту альтернативу, выделив две группы показателей. Первую группу составили индикаторы сетевой позиции автора: среднее количество подписчиков у тех пользователей, которые перепостили данный твит; общее число подписчиков у автора; число верифицированных пользователей среди тех, кто перепостил твит. Вторая группа характеризует содержание твита, именно, наличие в нем ссылок на внешние ресурсы, эмоджи, восклицательных и вопросительных знаков. В качестве зависимой переменной выступает количество ретвитов.

Проанализировав более 5.7 млн. уникальных твитов с использованием современных подходов и методов науки о данных (регрессия с LASSO-регуляризацией, скользящий контроль, и др.), мы выявили, что показатели первой группы имеют существенно большее значение. Данный результат оказался весьма робастным: он выявляется как при МНК-, так и при LASSO-регрессии. Поскольку в политической онлайн-коммуникации в последние годы значимую роль играют боты (автоматизированные аккаунты, способные, в частности, делать ретвиты), то мы провели дополнительный анализ, «вычистив» из совокупности ретвитов те из них, которые сделаны ботами. Результат оказался в этом случае тем же, что и для исходной выборки: сеть важнее текста. Сетевая позиция автора, ассоциируемая с его популярностью (в особенности – его популярности среди популярных пользователей), играет гораздо более значимую роль для распространения твита, чем его содержательные характеристики.

Добавлено: 26 мая 2020
Статья
Павлов А. В. Полис. Политические исследования. 2007. № 5.
Добавлено: 2 декабря 2009
Статья
Ильин М. В. Полис. Политические исследования. 2014. № 3. С. 111-138.

Соссюреанские понятия яза и речи позволяют обществоведам различать аспекты социальных явлений, которые реализуются on line и off line. Эти аспекты соединяет творческие усилия людей или их субъектность (agency). Она позволяет кодировать, переводить off line нормы в on line процессы, а также декодировать процессы и обновлять нормы или создавать новые.

Анализ исторических и современных употреблений слов institutio, institutum, institution и институт показывает, что на деле существует целый ряд омонимичных терминов. За ними скрываются совершенно различные явления. Это и нормы, и их применение вкупе с результатами такого применения, а также организации, выступающие как создатели и норм и процессов. Взаимодействие этих различных институтов ведет к их насыщению и очищению, к созданию очищенных и насыщенных, формальных и неформальных институтов.

Все эти различные институты могут быть ранжированы по темпоральным и пространственным масштабам. Результатом становится пестрая мешанина пересекающихся и обволакивающих друг друга образований. Совокупно их можно представить как подобие слоеного пирога.

В статье далее рассматривается последовательность институциональных масштабов – эволюционных порядков, исторических режимов и повседневных порядков, которые наслаиваются один на другой. Далее рассматриваются альтернативные способы их концептуализации с помощью когнитивных схем вещей, механизмов, организмов, видов. форм жизни и экосистем.

Добавлено: 23 октября 2014
Статья
Ильин М. В. Полис. Политические исследования. 2015. № 1. С. 88-103.
Статья продолжает критическое развитие подходов и принципов исследования “слоеного пирога политики”, заявленных в предыдущей, опубликованной почти полтора года назад (Полис. Политические исследования. 2014. № 3. С. 111‑137). В частности, в ней продолжается критическая переоценка двух способов существования – темпорального online и внетемпорального offline. Рассматривается роль человеческой субъектности в интерфейсе этих способов существования, которые можно связать с кодами (рецептами) и результатами их использования (импровизациями). Уточняются процедуры и критерии очищения и насыщения. Каждая из трех основных когнитивных схем – вещь, организм, экосистема (формы жизни) – позволяет выделить различные аспекты действительности. Анализируется предрасположенность каждой из когнитивных схем различным аспектам политики, а также способы соединения и дополнения их эвристических возможностей. Далее в статье рассматриваются последовательность и направленность различных аспектов осуществления реформ. Оцениваются риски и перспективы различных стратегий реформирования, соединения рецептов и импровизаций. Подчеркивается естественная предпочтительность трансформации институтов путем насыщения их новыми практиками. Именно такой ход – насыщение демократическими практиками традиционных и далеко не демократических институтов – характерен для успешных примеров демократизации.
Добавлено: 14 марта 2016
Статья
Ильин М. В. Полис. Политические исследования. 2016. № 1. С. 88-103.

Статья продолжает критическое развитие подходов и принципов исследования “слоеного пирога политики”, заявленных в предыдущей, опубликованной почти полтора года назад (Полис. Политические исследования. 2014. № 3. С. 111‑137). В частности, в ней продолжается критическая переоценка двух способов существования – темпорального online и внетемпорального offline. Рассматривается роль человеческой субъектности в интерфейсе этих способов существования, которые можно связать с кодами (рецептами) и результатами их использования (импровизациями). Уточняются процедуры и критерии очищения и насыщения. Каждая из трех основных когнитивных схем – вещь, организм, экосистема (формы жизни) – позволяет выделить различные аспекты действительности. Анализируется предрасположенность каждой из когнитивных схем различным аспектам политики, а также способы соединения и дополнения их эвристических возможностей. Далее в статье рассматриваются последовательность и направленность различных аспектов осуществления реформ. Оцениваются риски и перспективы различных стратегий реформирования, соединения рецептов и импровизаций. Подчеркивается естественная предпочтительность трансформации институтов путем насыщения их новыми практиками. Именно такой ход – насыщение демократическими практиками традиционных и далеко не демократических институтов – характерен для успешных примеров демократизации.

Добавлено: 13 марта 2017
Статья
Карягин М. Е., Сунгуров А. Ю. Полис. Политические исследования. 2016. № 2. С. 8-20.

В статье анализируются история и специфика становления отечественного политологического сообщества. Кроме основных исторических вех, рассмотрены разные версии возникновения отечественного сообщества политологов, а также феномен сообщества как таковой. В исследовании использованы разнообразные методы и источники: контент-анализ информационных ресурсов и документов профессиональных организаций политологов РФ, анкетирование и интервьюирование экспертов-политологов и государственных служащих. Применение этих методов позволило не только охарактеризовать политологическое сообщество, описав его особенности, но также выявить существующие проблемы развития, рассмотреть динамику развития и функционирования региональных политических школ, а также рассмотреть роль политологического сообщества как сообщества экспертов в процессе принятия политических и государственных решений. Широкий круг экспертов, принявших участие в интервьюировании, позволил описать ситуацию с разных сторон и показать картину как с позиции политологов, так и со стороны лиц, принимающих решения на высшем государственном уровне. В заключении статьи формируются концептуальные выводы, которые могут быть использованы профессиональными организациями отечественного сообщества политологов для повышения эффективности своей деятельности, развития региональных политических школ в Российской Федерации, а также выстраивания конструктивного диалога между властью и экспертными сообществами для улучшения качества принимаемых решений, вовлеченности представителей академического сообщества политологов в поле изучаемого объекта. Авторы надеются, что настоящая статья станет существенным вкладом в дискуссию о роли профессионального сообщества российских политологов.

Добавлено: 19 апреля 2016
Статья
Макаренко Б. И., Локшин И. М. Полис. Политические исследования. 2015. № 3. С. 85-109.

Вниманию читателя предлагается статья, посвященная сравнительному анализу партийных систем в период после Второй мировой войны и в последние десятилетия ХХ в. В фокусе исследования – страны, переживавшие в это время коренную трансформацию политического строя, прошедшие период демократизации или имеющие иной тип политического режима, при котором в стране действуют одна или несколько политических партий. Сопоставление производится на основе выведенных критериев оценки эффективности партийных систем и различных методов количественного анализа. Выделяются три различных сценария развития партийных систем: через временное ограничение политического плюрализма; “линейное” развитие многопартийности; сохранение низкой конкурентности в партийной системе на продолжительный период. В рамках этих сценариев анализируются функции политических партий, закономерности и различные тенденции их эволюции. Для анализа становления и развития переходных партийных систем применена система показателей электоральной статистики.

Добавлено: 18 июля 2015
Статья
Макаренко Б. И., Локшин Г. Полис. Политические исследования. 2015. № 3. С. 85-109.

В статье проводится сравнительный анализ партийных систем, затрагивающий становление политических партий и партийных систем в период после Второй мировой войны и в последние десятилетия ХХ в. В фокусе исследования – страны, переживавшие в это время коренную трансформацию политического строя, прошедших период демократизации или имеющих иной тип политического режима, при котором в стране действуют одна или несколько политических партий. Сопоставление производится на основе выведенных критериев оценки эффективности партийных систем и различных методов количественного анализа. Выделяются три различных сценария развития партийных систем: через временное ограничение политического плюрализма; «линейное» развитие многопартийности; сохранение низкой конкурентности в партийной системе на продолжительный период. В рамках  этих сценариев анализируются функции политических партий, закономерности и различные тенденции их эволюции. Для анализа становления и развития переходных партийных систем применена система  показателей электоральной статистики.

Как показало наше исследование, в обществах, находившихся в стадии глубокой трансформации своих политических систем, за период в несколько десятилетий партии стали полноценными субъектами политики. По своим содержательным характеристикам и по эффективности деятельности, партийные системы Западной Европы, сложившиеся в первые послевоенные десятилетия, на сегодняшний день вполне сопоставимы со «старыми демократиями». Партийные системы в других странах – в Латинской Америке, Азии, западной части посткоммунистического пространства и нескольких бывших советских республиках не достигают аналогичного уровня эффективности и стабильности, но также превратились в полноценных субъектов политики, выполняющих тот же набор функций.

Во многих бывших советских республиках сложились режимы абсолютного доминирования одной партии, сращенной с президентской властью и бюрократической вертикалью. Они образуют континуум от чисто авторитарных режимов до режимов с ограниченной конкуренцией. Набор функций, выполняемых в таких режимах доминантной партией, уже по сравнению с партиями в конкурентных политических режимах, особенно в том, что касается связей между партией и обществом, однако роль доминантной партии в политической системе своих стран весьма значима.

Многие из отмеченных проблем в партийном строительстве переходных стран, по сути, являются «болезнями роста» и не перечеркивают успеха в создании дееспособных партий и партийных систем, равно как и их роли в демократизации страны. Анализ позволяет сделать вывод, что в странах, достигших определенного порога в уровне социально-экономического развития, появление политических партий и партийных систем является преобладающим трендом: универсальным в случае относительно успешной демократизации, и частотным даже для гибридных и авторитарных режимов.

Добавлено: 27 мая 2015
Статья
Нисневич Ю. А., Рябов А. В. Полис. Политические исследования. 2016. № 4. С. 162-181.
В статье анализируются идеологии авторитарных и неоавторитарных режимов. Анализ проводится по следующим группам: “рудиментарные” авторитарные режимы, постколониальные диктатуры, неоавторитарные режимы. Внутри первой группы выделены две подгруппы: авторитарные монархии и “коммунистические режимы”. Режимы, объединенные в третьей группе, также подразделены на две подгруппы: постсоветские режимы и неоавторитарные режимы Африки, Азии и Латинской Америки. Отмечается, что в век упадка идеологий в глобальном масштабе авторитарные и неоавторитарные режимы попрежнему нуждаются в политических идеологиях для легитимации своей власти. Современная эпоха ставит авторитарные и неоавторитарные режимы перед новыми и все более сложными вызовами, и они в целях адаптации к условиям быстро меняющегося мира вынуждены становиться более гибкими в вопросах идеологии, отказываясь от ее прежней цельности в пользу многослойности и эклектичности. У неоавторитарных режимов составной частью их идеологий становится идеология коррупции – система установок на использование полномочий и ресурсов публичной власти для личного или группового материального и нематериального обогащения. Но при этом несущей конструкцией политических идеологий всех авторитарных и неоавторитарных режимов остается приоритет государства как высшей ценности. Человек, защита его прав и свобод, даже несмотря на признание их как ценности неавторитарными режимами, играет в их идеологической иерархии и политических практиках второстепенную и подчиненную роль.
Добавлено: 27 июля 2016
Статья
Никитин А. И. Полис. Политические исследования. 2018. № 6.

Статья анализирует становление категории "миропорядок" в отечественной и мировой науке и этапы периодизации мирового порядка

Добавлено: 27 августа 2018